Книга Афганский рубеж 3, страница 92 – Михаил Дорин

— Кхм, точно не говорил особисту? — уточнил Вадим Петрович.

— Конечно нет! Я же будущий лётчик Центра…

— Достаточно. А ты не так прост, Сан Саныч.

— Вы тоже. Разрешите идти?

Абрамов промолчал, и я пошёл на выход из кабинета.

— Подожди, Александр. Есть ещё один разговор, — остановил меня комэска.

Я вернулся и сел на стул. Абрамов был слегка напряжён.

— Тебя и твоих коллег ведь не наградили за операцию в Джелалабаде. Комдив 109й дивизии и Сопин из 14й отдельной бригады специального назначения просят… нет, требуют вас наградить. Но я упираюсь в то, что командование армии не желает слышать о каких-либо боях на границе. Что думаешь?

Он и здесь моего совета просит? Надо будет скоро оклад комэска требовать пополам делить.

— Думаю, что вы знаете человека, который может оказать воздействие. Он, кстати, возмущался, почему нас не наградили, — намекнул я на маршала авиации Рогова Ивана Ивановича.

— Ты мне сейчас про маршала говоришь? Это слишком круто.

— Других у меня нет вариантов.

— Жаль, что Васюлевича не нашли. Тогда бы можно было и обратиться напрямую, — хлопнул по столу Абрамов.

В этот момент открылась дверь, и в кабинет вошёл Турин. С ним рядом были знакомый мне Максим Евгеньевич и Виталий Иванович.

Вид у всех был растрёпанный. Видно, что они шли очень быстро.

— Что случилось? — спросил комэска.

— Нашли мы Васюлевича. Вот, смежники помогли, — указал на Максима Евгеньевича Турин.

Два КГБшника подошли и поздоровались со мной и Абрамовым.

— С нашими коллегами из ХАД мы решили вопрос. Они отдадут нам того самого высокопоставленного члена из группировки Масуда. Обмен состоится сегодня на закате. Место нам указали. Никакого оружия и боевых вертолётов. Обычный обмен, — спокойно произнёс Максим Евгеньевич.

— Это хорошо. Сейчас организую перевозку, — быстро сказал Абрамов.

— Само собой. Но вы пойдёте с нами,Вадим Петрович. Во время обмена нужно будет опознать Васюлевича. Чтобы не получилось, как в прошлый раз, — добавил Виталий.

Абрамов нервно улыбнулся и слегка растерялся. Не самая лучшая идея, поскольку он вообще ни разу не видел Васюлевича.

— Я его даже не знаю.

— Отлично. А вы, Сан Саныч? Знакомы с Васюлевичем? — спросил у меня Максим Евгеньевич.

— Да, — кратко ответил я.

— Вы в любом случае с нами и полетите. Без оружия и в гражданской одежде.

Присутствовать на переговорах или при обмене пленными мне ещё не доводилось. Совсем не моего поля деятельности задача. Поэтому и слова Максима Евгеньевича меня удивили.

— Надеюсь, у вас есть гражданка? — спросил у меня Виталий Иванович.

— Разумеется.

— Тогда переодевайтесь.

Абрамов дал мне команду идти в модуль и готовиться. Заодно передать Кислицыну, чтобы готовился к вылету.

— Почему без оружия? — спросил я у представителей конторы, когда мы вышли в коридор.

— Иначе с нами разговаривать не будут, — ответил Максим Евгеньевич.

— А у духов оружие будет? — продолжил я.

— Обязательно, — подмигнул он мне.

— Супер! — поднял я большой палец вверх и ускорил шаг.

Меня привезли к клубу, где проводил политинформирование наш замполит Сергей Владимирович Кислицын.

Он вещал не хуже чем генсек с трибуны мавзолея.

— И чтобы каждый помнил, что он исполняет в Афганистане свой интернациональный… Клюковкин! — воскликнул замполит, когда я приблизился к нему.

— Товарищ майор, есть задача, — тихо сказал я.