Книга Афганский рубеж 3, страница 89 – Михаил Дорин

Бортовой техник кивнул и убрал журнал.

Винты «пчёлок», стоявших на магистральной рулежке недалеко от нас, постепенно остановились.

Через пару минут из грузовой кабины вынесут тело Васюлевича, и мы в очередной раз пойдём к себе в модуль.

А вечером тихо и спокойно помянем боевого друга.

— Да сколько ж можно! — воскликнул я, резко снял с головы шлем и бросив его на кресло в кабине.

Рядом с нашим вертолётом уже выключился Ми-24 Юриса.

У Ми-8 уже стоял УАЗ «таблетка» и два ГАЗ-66, чтобы забрать отряд Сопина. Собирался я сначала высказать, всё что думаю Залитису. Однако, меня больше волновал Васюлевич.

Хотелосьузнать, как такое могло случиться? Духи взяли и просто решили обмануть всех.

— Сейчас вернусь, — ответил я, сняв автомат и отдав его Петрову. — Подержи и никому не давай.

— Саныч, ты куда? — крикнул мне вдогонку Кеша.

Я направился прямиком к Ми-8, который привёз тело Васюлевича.

Из «восьмёрки» Адамова начали выпрыгивать бойцы и отходить в сторону, чтобы дать возможность залезть в грузовую кабину медикам.

— Саныч, лучше не смотреть. Всё и так ясно, — прошёл мимо меня один из сержантов разведчиков.

— В морге будут осматривать. Ты мне лучше скажи, как так произошло?

Сержант прокашлялся и покрутил головой, снимая паколь. Из вертолёта на брезентовых носилках вынесли раненого оперуполномоченного из особого отдела.

Он был в сознании и всем говорил, что в порядке. Его коллега вышел следом. Грязный, в порванном одеянии душманов и с автоматом в правой руке.

— Высадили нас рядом с Ньяром. Мы осмотрелись и пошли к разрушенному дому в котором договаривались встретиться с афганцем, который должен был помочь вытащить Васюлевича.

— И что? — спросил я у сержанта.

— Опера в дом вошли, и сразу стрельба началась. Одного ранило, второй успел пристрелить афганца. Сам понимаешь, что наши парни церемониться не стали. В итоге, информаторов убили. Ну а Васюлевича нашли в том же доме. Только мёртвого, обезображенного и… по частям в мешках.

— Афганец, который должен был привести Васюлевича, хотел и «шурави» замочить, и родственника своего вытащить, которого мы привезли на обмен. Мы ещё думали, зачем по условиям сделки он хотел минимальное количество человек при обмене чтобы было.

— Ладно бы просто убили, а вот это зверство за что? — спросил я.

В этот момент из вертолёта начали вытаскивать брезент с наложенными на нём коричневыми мешками. Было видно, что они все пропитаны кровью и вокруг них летают мухи. Подувший ветер принёс трупный запах, ударивший мне в нос.

— Нас хотят напугать. Чтобы боялись.

— Не дождутся, — сказал я.

Выходит, очередной провал агентуры, стоивший жизни нашему парню. Я попрощался с сержантом и пошёл к вертолёту.

Навстречу мне шёл Юрис, дрожащей рукой прикуривающий сигарету. Но у него никак не получалось это сделать. Остановившись напротив меня, он протянул мне пачку сигарет.

— Я должен посмотреть, — сказал Залитис.

Взял у него зажигалку и поднёс к его сигарете. Такими руками он никогда не подкурит.

— Не на кого там смотреть, — ответил я, поворачиваясь к вертолёту и сглатываю ком в горле.

Задние двери первого УАЗа «таблетки» были открыты. В него погрузили раненого «опера» и увезли в направлении медсанбата. В это время по магистральной уже ехала ещё одна «санитарка», чтобы забрать в морг останки Ивана.