Книга Сирийский рубеж 2, страница 26 – Михаил Дорин

— Это не наше решение, Александр Александрович. Руководство решило, что вам награды будут вручены позже. В более… подходящей обстановке, — сказал Иван Васильевич.

Странное решение со стороны руководства. Всё же, в боях с Израилем плечом к плечу бились и наши танкисты, и расчёты ПВО. Вполне нормально, что сирийская сторона собирается нас отблагодарить.

— Эти награды нам вручает сам президент Сирии. Думаете, ему не покажется странным, что кто-то один оптом заберёт все ордена? — уточнил я.

Иван Васильевич посмотрел на Яковлева, ожидая его ответа. В Сирии главный военный советник из Советского Союза являлся серьёзной фигурой. Одобрения действий со стороны посольства ему ждать не нужно было.

— К чему вы это? — спросил у меня Егор Гаврилович.

— В этом списке есть военнослужащие и гражданские специалисты, которые участвовали в операции по эвакуации «той самой» группы спецназа, — ответил я.

Намекал я на то, что и Вася Занин, и Ваня Зелин, и Володя Горин помогали спасать Басиля Асада. Уж таким людям Хафез однозначно захочет выразить благодарность лично.

— Предложение резонное, — спокойно сказал Борисов.

Яковлев несколько секунд подумал, прежде чем дать ответ.

— Хорошо. Убывайте в расположение вашей группы и ждите вызов. А куда — дворец президента или какое другое место, доведут позже.

Я кивнул, но был ещё один небольшой момент,который нужно уточнить.

— Понял. Тогда разрешите вопрос, что с представлениями, которые лежат у вас на столе?

— Какие представления? Эти? — удивился Яковлев, и Борисов указал главному советнику на стопку бумаги.

— Так точно, товарищ генерал-полковник.

Яковлев надел очки для чтения и принялся листать список личного состава на награждение.

— Здесь много. Предлагаете наградить всех?

— Работы было много. В той или иной степени, отличился каждый из списка.

— Я вас услышал. Вы свободны, товарищ майор.

Выпрямившись, я попрощался с генералами и вышел из кабинета. К вечеру добрался до Тифора, где обстановка была мирная и спокойная.

Вертолёты Ми-28 были спрятаны в арочные укрытия. Самолёты стояли зачехлённые, а всё вооружение с них снято. Ну и личный состав проводил время в тени под навесом, обсуждая, чем себя занять.

Но для моей группы дело нашлось быстро. Утром на базу Тифор приехал замполит — полковник Мельников Виктор Михайлович. Он довёл, что завтра личный состав должен прибыть в резиденцию Хафеза Асада для вручения государственных наград.

В список награждаемых попали все мои лётчики и несколько человек из группы истребителей.

Инструктаж, который затеял Мельников в классе предполётных указаний, был весьма содержательный.

— Вы будете находиться на официальном приёме у Верховного Главнокомандующего Хафеза Асада — близкого друга нашего государства, — объявил он, прохаживаясь вдоль стены.

— А как к нему обращаться? — спросил Занин.

— Лучше не обращайтесь, Василий. Пускай он сам у вас что-нибудь спросит.

— Ясно, — кивнул Занин, сложив руки на груди.

— Стандартное требование — говорить только на русском. Иначе что-нибудь ляпните не то, а потом придётся объясняться с сирийцами. Мол, не так выразились, — продолжил Виктор Михайлович. — Сан Саныч, и вас это тоже касается. Понимаю, что ваши знания арабского языка весьма солидные, но постарайтесь не выделяться на общем фоне.