Книга Сирийский рубеж 2, страница 106 – Михаил Дорин

— Сначала думали дождаться окончания формирования корабельного истребительного полка и уже начать с ними работать. Но тут пришла директива «опробовать в условиях Сирии», — рассказывал начальник комплекса Як-44, который будет руководить работой штурманов наведения на борту.

— То есть, ваш борт только в морской версии существует? — спросил я.

— Ну, других не планировалось. Требования были создать именно палубный самолёт дальнего радиолокационного дозора, наведения и управления. Есть ещё варианты помехи ставить, — объяснил один из лётчиков.

Вот что, а мне начинает нравиться будущее нашей авиации. Такими темпами и Союзу не дадут развалиться.

В классе появился Мулин, войдя как обычно, уверенным шагом вразвалочку. Сев за центральный стол, он начал объяснять весь расклад.

— Мне поручено руководить вашей работой. Ответ будем держать лично перед генералом армии Чагаевым. По итогам работы боевой ударной группы «Конус» будут приниматься решения о целесообразности существования как нового вертолёта, так и нового самолёта.Вопросы на этом этапе? — спросил Антон Юрьевич своим шипящим голосом.

Мулин окинул колким взглядом всех, кто сидел на первом ряду. Кто-то опускал глаза, а кто-то старался отвернуться и не смотреть на полковника.

— Как будто змею слушаю, — за спиной прошептал один из лётчиков Як-44.

Антон Юрьевич аккуратно провёл рукой по лысине и продолжил.

— К делу. Вот ваши цели на первый вылет, — встал Мулин из-за стола и подошёл к карте.

Район работы был в провинции Идлиб. Проблем в этом нет, кроме одной — расстояние. От Тифора до Окрестностей Идлиба почти 160 км.

— Правительственные войска Хафеза Асада пока не могут полноценно начать контрнаступление в провинции Идлиб. Дороги из Турции не перекрыты, а с главного города не снята угроза обстрелов.

Заместитель командира корпуса обозначил самые сложные участки, где нет возможности отработать самолётами. Это были склоны хребта Джебель-Ансария.

— Порядок действий следующий. После определения координат цели и передачи их на борт Як-44, пара Ка-50 выполняет взлёт с аэродрома или площадки по команде с борта пункта управления. Вас будет прикрывать пара Ми-24.

Вот и первая несостыковка. Все наши Ми-24 находятся сейчас в Хмеймиме и в южных районах Сирии. Зачем тогда сюда пригнали Ми-28?

— Товарищ заместитель командира, вы сказали… — попытался Тобольский поправить Мулина.

— Что сказал я знаю, товарищ подполковник. Ми-24 сирийских ВВС будут прикрывать Ка-50. Это не обсуждается. Наши Ми-28 нужны для других дел. А садыки и так ничего не делают. Пускай хоть здесь помогают.

— Рискованно, — ответил ему Олег Игоревич.

— С вашим прикрытием сирийцы справятся. Одобрение этого решения от генерала Чагаева я получил. Ещё есть вопросы?

Тобольский помотал головой и продолжил записывать. А вот у меня один вопрос остался.

— Товарищ полковник, где мы будем размещаться в ожидании вызова с борта Як-44? — спросил я.

— Решение ещё не принято, — ответил Мулин.

— Но это необходимо выяснить сейчас. Расстояние с Тифора до Идлиба слишком большое. Оперативности достичь не удастся. Да и для расчётов штурманам наведения необходимо знать наше местоположение, — продолжил я.

Заместитель командира корпуса сморщил лоб, поставив руки в бока. Но данный вопрос нужно решить сразу. Сидящий рядом со мной начальник комплексаЯк-44 несколько раз кивнул, подтверждая мои слова.