Книга Африканский рубеж, страница 69 – Михаил Дорин

Сам же убитый застыл, держа в руках автомат Калашникова.

— Сева, сюда, — услышали мы голос одного из бойцов в лесу.

Пробравшись через густые деревья, мы оказались на небольшой полянке. В свете фонариков, я увидел, что один из бойцов уже склонился над вторым санитаром, который был ещё жив. Ему помогал… товарищ Трачук, который прижимал ладонью рану.

— Они пришли… я услышал, — говорил Алексей прерывистым голосом, не поднимая глаз.

Второй боец склонился над сидящей на траве Арией Комо. У неё шла кровь из носа, а вид был потерянный. Боец посветил фонарём, и я увидел тонкую полоску, тянущуюся от виска по щеке.

— Я… меня… они куда-то тащили, а Алекс появился, — шептала Ария, пытаясь прийти в себя.

В этот момент зашипел динамик радиостанции у Севы.

— Сева, Грифу на связь, — запросил его Юра.

— На приёме. Мы ещё одного нашли. И доктора, и переводчика, и… херня какая-то, — ответил Сева, покачивая головой.

— А вот у нас картина ясная. Заканчивайте и встречаемся у старосты. Надо поговорить с доктором.

— Понял, — ответил Сева и посмотрел на меня. — Ты что-нибудь понял?

В этот момент я ещё раз внимательно посмотрел на Трачука и Арию. Что-то в этой девушке, как и в этом «мальчике», есть таинственное.

— Пищи для размышлений много. А вот «недосанитара» надо допросить будет, — сказал я.

— Само собой. Сейчас и начнём… — двинулся к африканцу Сева, но тут на ноги вскочил Трачук.

— Его нужно в госпиталь, — показывал на африканского санитара Лёша.

— Алекс прав. Помогите его перетащить в палатку, — с трудом говорила Ария, тоже пытаясь встать рядом с Трачуком.

— Куда⁈ Может ещё в санаторий его отправим? — спросил боец, выключая фонарик и помогая Арии встать.

Трачук посмотрел на девушку и повернулся ко мне. Этого санитаранужно расспросить о произошедшем. Так что думать здесь нечего.

Сева недолго сомневался, поскольку думал, однозначно, так же.

— Гуманисты! Давайте его в палатку, — сплюнул он и показал парням поднять африканца с земли.

Ночь больше не казалась такой уж мирной. В лесу однозначно ещё есть кто-то из боевиков, но теперь им уже с наскока взять нас не получится.

Раненого санитара занесли в палатку, куда пошла и Ариа. Трачука, которого уже отпустил адреналин, слегка трясло. В каком-то автоматическом режиме, он собрался войти в палатку следом за доктором, но я его придержал за локоть.

И это не осталось незамеченным со стороны девушки, которая схватила парня за руку.

— Александр, его нужно привести в чувство. Он весь дрожит, — произнесла госпожа Комо.

Трачука слегка трясло, а сами руки были ещё в крови.

— Доктор, я ему помогу. Сейчас он руки помоет и приведу его в порядок. Обещаю вам, — спокойно сказал я, притянув к себе Алексея.

Ариа кивнула и вошла в палатку, оставив нас вдвоём. За спиной двое местных жителей тащили тела убитых солдат и санитара, с пробитой головой. На его груди лежала та самая сапёрная лопатка, которая была наполовину в крови.

Я остановил ребят и забрал «шанцевый» инструмент. Когда они ушли, я вернулся к Алексею.

— Как себя чувствуешь? — спросил я.

— Холодно, Сан Саныч. Я… я никогда и никого не убивал. Трясёт, — тихо говорил Алексей.

— Война, Лёша. Либо ты, либо тебя, — ответил я, протянув парню лопатку.

Трачук взялся за черенок и с трудом выдохнул. Надо его привести в чувство.