Книга Кавказский рубеж, страница 2 – Михаил Дорин

Они стояли здесь, могучие и спокойные, символы силы, которая всем вокруг кажется вечной. Ветер трепал волосы, а я смотрел на развевающиеся флаги на флагштоках. Внутри было странное чувство.

Апрель 1991 года, ГКЧП… неужели Великой стране осталось жить считаные месяцы?

— Сан Саныч, не отставай! — окликнул меня Денис, показывая на автобус группы контроля.

— Не торопись, Деня. Нас сейчас встретят.

— Кто?

— Много будешь знать, скоро… хотя ты и так уже не молодой, — махнул я рукой и устремил свой взгляд на мчащийся по стоянке микроавтобус РАФ.

Я перехватил сумку поудобнее и продолжил ждать машину. Микроавтобус подъехал к нам и остановился. Из автомобиля вышел статный офицер в звании полковника. Он поправил китель, накинул кожаную куртку и пригладил волосы.

Этому человеку я доверял прикрывать меня в Сирии почти десять лет назад. Тот самый Шамиль Керимов, лётчик-испытатель из Владимирска. С трудом, но он вернулся на лётную работу и сейчас является заместителем начальника одного из испытательных управлений Испытательного Центра ВВС. Базируется данное управление как раз на этом аэродроме.

— Сан Саныч, ну я немного опоздал, — развёл руки Шамиль, идя ко мне и готовясь обнять.

— Здравствуй, дружище! — обнялся я с Керимовым и познакомил егос Денисом.

— Рад знакомству! Ты как в Сербии оказался? Опять… наши общие знакомые? — улыбнулся Шамиль, намекая на Казанова и Римакова.

— Вроде того. Не забыл привезти?

Шамиль кивнул и достал из внутреннего кармана куртки заклеенный большой конверт. На нём был написан мой адрес, куда нужно было отослать вещи. Если бы я не вернулся.

— Спасибо, друг, — поблагодарил я и оторвал одну сторону.

Внутри были военные документы, кошелёк, ключи от квартиры и самое главное — обручальное кольцо.

— Так-так! Саныч, а ты ж говорил, что не женат? — возмутился Денис.

— Конспирация, Деня. Личная жизнь, на то она и личная. Тем более что мы же были в сверхсекретной командировке…

— О которой никто не знает, верно? — улыбнулся Шамиль.

— Вообще никто не знает, — посмеялся я, надел кольцо и поцеловал его сразу.

Через несколько минут мы уже ехали в сторону Москвы на Казанский вокзал. Мне и Денису было по пути. Он собирался к себе в родную Сызрань, чтобы побыть с женой, ребёнком и родителями. Заодно и обдумать дальнейшие планы.

— Всё как будто застыло, Сань. ГКЧП сначала начало наводить порядки, а потом как-то слилось.

— В каком смысле? — спросил я у Шамиля.

Навстречу нам как раз ехала небольшая колонна бронетехники с солдатами. Похоже, что основные государственные объекты более не нуждаются в столь усиленной охране.

— Поруководили страной, повыступали, объявили об операции в Сербии, и всё. О, вот и они! — воскликнул Шамиль и прибавил звук радио.

На Всесоюзном радио шла трансляция выступления представителей ГКЧП.

— Комитет — не хунта. Да, имели место быть определённые ошибки. И тем не менее никто не стрелял по безоружным. В руках Комитета находилось огромное количество вооружений, но мы всё-таки не пустили их в дело, массовых кровопролитий не произошло. На данный момент Комитет и руководители партии выступают за нормализацию обстановки конституционным путём. Принято решение о созыве внеочередной сессии Верховного Совета СССР, а затем и Съезда народных депутатов, — выступил один из руководителей ГКЧП.