Книга Eques, страница 3 – Александр Грохт

— Погоди, а где тут большая красная кнопка самоуничтожения?

— А нет тут таковой, это ж не военный объект. Ни вирусов, ни патогенов, чисто исследования флоры, направленные на экологическую нишу и производство пищи.

— А тогда откуда тут опасные образцы то?

—Ну, а об этом лучше спроси начальника комплекса, доктора Стивена Мартена, если когда-нибудь встретишь его. Он эвакуировался через три часа после сообщения о дне D, уму положено место в правительственном исследовательском центре, защищенном по последнему слову военной техники. Улетая отсюда, он даже не озаботился приказом о свертывании исследований, так что не думаю, что кото по собственной инициативе что-то тут уничтожил.

—Ладно, тогда каков план?

—Смотри, на третьем уровне есть два места, где мы скорее всего прикончим урода. Вариант один я тебе уже озвучил, второй — это более плохой, но гарантированный. В лаборатории н-305 есть крайне любопытная разработка. Растение-паразит, способное размножаться на любой органике, весьма стойкое к любым внешним условиям. Цель разработки — утилизатор для перспективного космического корабля Кентавр, думаю уж об этом уже слышал каждый. Первый прорыв к соседней звезде, все дела. Так вот — там будут проблемы при удалении отходов жизнедеятельности космонавтов, так как в гиперпространстве им предстоит провести год, то удалять, пардон, говно — некуда. Вот у нас и велись опыты по выведению универсального поглотителя. Эти к сожалению — неудачный опыт, они не только копрофаги, но и вообще фаги чего угодно, еще и бешено плодящиеся. Но военные заинтересовались результатом. Так что он был сохранен в заморозке. Так вот. Если ты сумеешь донести даже одну молекулу до этого чувака — он труп. Гарантированно. Только через некоторое время. Лаборант, подцепивший случайно одну частицу этой дряни — умер очень плохо, через шесть часов. Его выжгли огнеметами, а место выжигания заварили и изолировали от остального комплекса. Так что допустить, чтобы после контакта с дрянью кто-то отсюда вышел — нельзя, понимаешь? Тот, кто возьмет ампулу и откроет — должен остаться в лаборатории.

— Тогда давай попробуем все-таки прикончить его с помощью первой комнаты. Что там внутри? Приборы, автоклавы, пара хранилищкультуры. Для впрыскивания на субстрат используются такие здоровенные распылители. Моя идея в том, что эту дрянь надо бы закачать в два распылителя, и попробовать обдать броню ими. По идее — бактерии прожрут моментально почти все кабели, сочленения и прочее. Превратив его в стальную статую, с нерабочими сервоприводами и неподвижную. Но черт его знает, культура реально крайне экспериментальная. И не всегда работает так, как надо.

—Ну, теперь у нас есть план. А лестница как раз кончилась.

В тот же миг, когда я это произнес, над нашими головами раздался протяжный даже не крик, а вой человека, которого смертельно пытают. А потом странный чвяк, и через пролет прилетел, разбивая голову, труп парня с развороченным тазом, только теперь совсем без ног — похоже, его просто разорвали на пополам и швырнули вниз верхнюю часть. Причем делали это медленно, чтобы он заорал от боли.

И это не проявление изощренного садизма, это чистая прагматика. Кэнон вообще человек без особых эмоций, и просто так он бы не стал тратить время на причинение мук раненому — это задерживает его спуск вниз. Он нас запугивает, а значит — чего-то все же опасается. Возможно, взрыв или пулемет все же повредили силовую броню, и он уязвим. И хочет, чтобы мы бежали, не помыслив даже о сопротивлении, и прятались. А дальше он нас выследит и прикончит, не приближаясь. Хрен ему во все рыло. Ща мы прикончим поганого ублюдка, а потом выйдем отсюда. Приведем из города бульдозеры, и бетономешалку. Зальем к чертовой матери вход, и завалим его обломками бетона, чтобы ничто не смогло выйти из лаборатории. И будем эвакуироваться, наверняка в соседней, Галерской области, где находятся производственные комплексы и военные базы — сумели справится с этой напастью, и согласятся принять беженцев с детьми.