Книга Выжившие, страница 133 – Влад Лей, Александр Грохт

— И как только не рванула…как не рванула? — качаясь в кресле, уставившись в одну точку, повторял Женя.

Он дернулся, перестал качаться, когда дотлевшая до фильтра сигарета обожгла ему пальцы.

Женя тут же выкинул ее в окно, достал следующую и прикурил.

Хоть руки у него все еще дрожали, зажечь огонь он смог всего с третьей попытки и прикурил сразу.

— Что сделано, то сделано, — философски заметил Вова, — главное — живой остался.

— Это да, это да, — согласно закивал Женя, — но все же…

— Жень! Риск всегда есть. Даже тогда, когда его не ждешь. Нас вон мертвяки сколько раз сожрать пытались? Та тварь, что на твой «Чероки» упала? А с «воронами» когда пострелялись? У нас вариантов подохнуть было столько, что страшно представить. Да только живы же пока?

— То-то и оно, что «пока».

— Ну ведь не подохли? Живы ведь? И будем жить дальше, если не налажаем. Ведь так?

— Ну…да…

— Вот и думать надо, что делать дальше. Давай, включайся, пораскинь мозгами. Жить ведь хочешь?

Женя кивнул.

— Ну тогда все. Что было, то было. Забудь и выкинь из головы. Думай, что будет. Со стволом у тебя что? Сломал?

— Что? Ствол? А, нет…нормально все. Глушитель только приказал долго жить да патронов хренову кучу спалил. А так…

— Магазины зарядил?

— М?

— Магазины, говорю, снаряжены или пустые?

Женя хлопнулсебя по карманам, где были магазины к АУГу.

— Пустые… — сказал он.

— Ну так давай, снаряжай! Чего без дела сидишь? Докурил? Работай давай!

Женя закивал головой, сделал глубокую тягу и выбросил недокуренную сигарету в окно, закрыл его.

Затем принялся вытаскивать магазины, которые растыкал по карманам.

Вова, стараясь не отвлекаться от дороги, так как темень сгустилась еще больше, все же поглядывал в его сторону.

Женя заряжал магазины. Не спеша, патрон за патроном наполнял их. Благо какое-то количество патронов еще имелось… Пальцы его все еще дрожали, но по сравнению с тем, что было, гораздо меньше.

— О! — рыская в поисках еще одного магазина, он нашел трофейный энергетик. — Будешь?

Он протянул банку Вове, но тот покачал головой:

— Нет… Знаешь ведь, я эту гадость не люблю… Газировку бы и шоколадку.

— Чего нет, того нет,– Женя вскрыл банку, сделал из нее большой глоток и довольно ухнул: — Фу-у-ух, хорошо…ух, как проняло! Будто коньяку сотку вжарил.

Вова ничего не ответил. Приятеля вроде как отпустило, что не могло не радовать.

Не отрывая взгляда от дороги, он запустил руку в карман, выудил сигарету и зажигалку, прикурил и, чуть открыв окно, выпустил дым в щель.

Тьма снаружи продолжала сгущаться.

Правду говорят, что перед рассветом самое темное время, вот только до рассвета еще ого-го сколько.

И чертовы фары «Оки» светят так, будто в них лампочки-экономки, которые бабки в подъезде вкручивают, и они не для того, чтоб на площадке светло было, а чтобы просто были.

Как бы там ни было, а по прикидкам Вовы они проехали уже половину пути. Конечно, он дорогу особо не помнил, когда ехали в поселок на «Чероки» — он тогда часть пути дремал, да и состояние было такое, что не до запоминаний дороги. Но тем не менее Вова был уверен — трасса и его «кореянка» уже недалеко…

Только что впереди тянулась лесополоса, а грязная дорога петляла туда-сюда, и вдруг, о чудо, деревья внезапно кончились, впереди появился просвет — небольшой луг, упиравшийся в горку, на которой были ограждения — вот и шоссе.