Книга Охота на зверя, страница 93 – Алиса Валдес-Родригес

Действуя как можно бесшумнее, Мила перебралась в другую палатку, где стояли две раскладушки. Людей там тоже не оказалось, а беспорядка было куда больше, чем в первой. Под кипой грязного белья обнаружились зерновые батончики и несколько бутылок газировки. С голодухи девочка набросиласьна батончики и напиток, стараясь не шуметь. Оружия она не нашла и здесь, а армейские ботинки оказались настолько велики, что толку от них не было. Мила оставила их на прежнем месте, но накинула куртку, пусть та тоже оказалась слишком большой.

Осталось осмотреть всего одну палатку. Мила с ножом двинулась к ней и осторожно заглянула внутрь, понимая: если Марджори в лагере, то именно там. И действительно, эта страхолюдина обнаружилась внутри, крепко спящей в спальнике, лежавшем прямо на полу. Она развалилась на спине лицом вверх, и Мила не стала терять времени. Бросив веревку у входа в палатку, девочка подскочила к гнусной тетке и придавила ее, усевшись сверху. Глаза Марджори удивленно распахнулись, и девочка приставила ей к горлу нож со словами:

– Замри на хрен!

– Что происходит?

– Помалкивай. Не надейся, тут тебе никто не поможет.

Марджори не послушалась. Она стала сопротивляться, кричать, что противница врет, попыталась оттолкнуть девочку. Поразившись силе отпора, Мила, однако, не сдалась, а надавила гадине коленом на грудину так, что из той дух вышибло, и повторила:

– Я же тебе сказала: замри на хрен.

Марджори обмякла, хватая ртом воздух, и Мила воспользовалась этим, чтобы несколько раз врезать ей локтем по физиономии, просто для пущей убедительности. На уровне подсознания девочке казалось, что эту нацистку нужно просто прикончить, ведь та уже убивала людей и убьет ее саму не моргнув и глазом, если только представится шанс. Но Мила не хотела лишать кого‑то жизни, пока у нее есть выбор.

– Медленно вытащи руки из спального мешка и не пытайся ничего учудить, – сказала она и в тот же миг заметила, что Марджори смотрит на пластиковый пакет, висящий на стене палатки примерно на расстоянии вытянутой руки от них обеих.

Как только девочка на секунду отвлеклась, Марджори выдернула руку из спальника и отчаянно вцепилась в пакет. В ответ Мила ударила противницу коленом по голове, вонзила нож ей в ладонь, пригвоздив руку к земле, и схватила пакет сама.

Пока Марджори извивалась, крича от боли, Мила обнаружила в пакете пистолет и патроны.

– Так-так-так, – протянула она, – и что ты собиралась с этим делать, а, Марджори?

Потом выдернула нож и попятилась к выходу, заряжая пистолет. У нее не ушло и пары секунд, и вот она уже прицелилась в противницу, которая успела сесть и теперьсо стонами зажимала кровоточащую ладонь второй, здоровой.

– Не надо было дергаться, – буркнула Мила. – Советую на этот раз послушаться меня. Не двигайся. Договорились, Марджори?

Марджори смотрела на окровавленную кисть, будто не веря, что все это происходит на самом деле, а потом взмолилась, словно обычная женщина, попавшая в беду:

– Пожалуйста, помоги мне! Я ведь истеку кровью.

– Ничего с тобой не случится. – Держа корчащуюся Марджори под наблюдением, девочка вернулась к мотку веревки и отхватила от него кусок фута два в длину, которым связала руки противнице. Потом расстегнула молнию спальника и проделала то же самое с ногами. В палатке обнаружился чемоданчик с одеждой, и Мила перевязала Марджори ладонь и наложила жгут при помощи ее же нижнего белья.