Книга Семь воронов, страница 68 – Маттео Струкул

Пока набивали животы сырым мясом, Блу смотрел на Пьюму. Какая она красивая и пугающая: черная в пятнах крови.

Вначале было холодно. Но старуха Рауна принесла дрова, и так же поступили остальные. Небольшой очаг, кадила, свечи распространяли благодатное тепло, и жители Раука теснились между скамеек и каменных стен небольшой церквушки.

Большие витражные окна, переливающиеся множеством разноцветных отблесков, сверкали, будто хрустальные. Страхом были наполнены взгляды присутствующих: вороны, похоже, сошли с ума, превратились в беспощадных убийц, и ничто, казалось, не могло остановить их. А тут еще пожаловала вьюга, лишившая Раук связи с внешним миром. Мужчины и женщины в церкви переглядывались: они тут одни. И должны справляться с катастрофой, к которой не были готовы.

В церкви собрались те, кто поверил старой Рауне. Пусть и сказочно звучали ее предсказания, но, по крайней мере, давали хоть какое-то объяснение происходящему. Которое поможет им продержаться ночь. А также и следующее утро, если понадобится.

Ожидание неизвестности заполнило атмосферу маленькой церквушки.

И это повисшее ожидание было нарушено, когда послышались удары в дверь.

– Кто стучит? – спросила Рауна.

Прошло несколько секунд. Затем мужчина, которому поручили охранять вход, ответил:

– Анна Донадон с тремя детьми и инспекторшей.

– Впусти их.

Спустя мгновенье дверь открылась, и появилась Зои, а за ней и все остальные.

Рауна пошла им навстречу.

– Наконец-то, – воскликнула она, – я уже и не надеялась.

– Я сейчас, – сказала Зои, давая понять, чтобы Анна и ребята не волновались.

Сама с трактирщицей отошла в сторонку.

– Я должна показать тебе кое-что, – произнесла та.

– Где доктор Стелла?

Старуха Рауна посмотрела на нее с удивлением.

– Понятия не имею, думала, он с тобой.

– Однако ж нет.

– Прошу, выслушай меня!

Зои глянула на нее.

– Снова собираешься рассказывать мне свои небылицы?

– Именно. Сейчас ты все поймешь.

– Ты вообще отдаешь себе отчет, что криминалист, приехавший со мной, исчез?

– Я знаю. Но, боюсь, если ты меня не выслушаешь, ситуация станет еще хуже.

Кто-то дал Анне и ребятам миски с супом и покрывала, а инспектор полиции последовала за трактирщицей, которая отвела ее в дальний угол в узком правом нефе.

– Хочу показать тебе это, – продолжила Рауна и указала на фреску. – Никто не знает, как звали того художника, что создал ее. Но сцену легко узнать теперь, когда я рассказала тебе ту историю.

Зои подняла глаза на большую роспись с выцветшими красками.

Женщина с длинными каштановыми волосами горела на погребальном костре. Вокруг нее пылали семь крестов с семью клетками, а в этих клетках сидели семь воронов, охваченных языками пламени. В наводящей ужас сцене преобладали черный и красный цвета. На заднем плане возвышалась могучая гора с крутыми склонами. Желтый месяц блестел на небе, а нависающую над вершиной скалу опоясывал ледяной серп во всю длину. Он сверкал серебром и походил на тот самый месяц, что висел посреди небосвода.

У Зои возникло ощущение, что фигуры в следующую секунду сойдут с полотна. В определенном смысле роспись, казалось созданная из плоти и крови, вибрировала смертью, человеческое тело, обреченное на боль и пытки, дрожало. Сил не хватало смотреть дольше, как если бы цвета и формы сейчас преобразовались бы, высвободив изначальную энергию, которая смела бы Зои. Она опустила голову, острая боль прострелила висок. Увидела опять на мгновение фреску. Только как тогда, возле машины на снегу, – женщина кричала, ее лицо, которое Зои различала, походило на ее собственное.