Книга Проклятие Желтого императора, страница 98 – Юнь Хуянь

– Ты… ты! – начальник отдела Ляо отлично знал, кто эта девчонка, и понимал, что лучше не нарываться, поэтому сглотнул слюну, помрачнел и спросил: – Гао Далунь, а ты что думаешь?

Все взгляды устремились на сидевшего в уголке Гао Далуня.

Гао Далунь сидел съежившись, будто пытался сжаться до размеров травинки, а услышав, что начальник отдела Ляо произнес его имя, ненадолго замер, затем поднял голову и увидел торжествующий взгляд Лю Сяохун. Его выпяченные тонкие губы задрожали и, опустив глаза, он тихо сказал:

– Я подчинюсь решению руководства.

– Что ты сказал? – не поверила своим ушам Тан Сяотан. – Лао Гао, куда подевался твой характер?!

– Достаточно! – Начальник отдела Ляо, не сдержав раздражения, хлопнул ладонью по столу. – Товарищ Гао Далунь показал нам пример. Лю Сяохун, я слышал, недавно у вас с Лао Гао случились некоторые разногласия по рабочему вопросу. Теперь, когда тебя назначили директором исследовательского центра, ты, я надеюсь, придешь к взаимопониманию со всем коллективом, включая товарища Гао Далуня!

Тот самый упрямый и твердолобый Гао Далунь, который вполне мог доставить Лю Сяохун много неприятностей, поскольку и статус, и задатки определенно позволяли ему стать «вожаком», к ее удивлению, первым склонил голову. Лю Сяохун, будучи уже не в силах сдержать радость, произнесла:

– Это обязательно! Непременно!

– Лао Гао, у тебя совесть есть? Это ведь Лэй Жун вытащила тебя из уездного отделения, где ты был рядовым судебным медиком, и взяла на это место! Как ты можешь отплатить ей такой черной неблагодарностью? – гневно бросила Тан Сяотан. – Не нужно быть как он, не нужно сдаваться, уходим отсюда, у нас будет другой исследовательский центр, подождем, когда вернется Лэй Жун!

– Нет, ты должна остаться, – раздался спокойный и твердый голос Лэй Жун.

Все с шумом повскакивали со своих мест, в устремленных на нее взглядах читались радость, стыд, изумление, растерянность и даже страх.

Тан Сяотан едва ли не набросилась на нее, схватила Лэй Жун за руку и воскликнула:

– Они вас оправдали? Я всегда была уверена, что вы ни при чем…

Лэй Жун улыбнулась, похлопала девушку по тыльной стороне ладони, потом окинула взглядом всех присутствующих и медленно проговорила:

– Сейчас я отстранена от работы на время расследования. И хотя я больше не ваш руководитель, я настоятельно прошу всех вас остаться и продолжать работу. Работа судебного медика очень нелегка и утомительна, поэтому ее часто называют самым грязным, самым тяжелым и самым мрачным ремеслом, но те, кто так говорят, не понимают, что смерть – очень серьезное дело. Предположим, пока человек жив, его аватарка цветная. Тогда смерть – это вечный оффлайн и черно-белая аватарка, а смерть от неизвестных причин – вечная тьма. И возможно, мы не в состоянии, как врачи, заставить уходящую жизнь воссиять снова, но мы по крайней мере можем сделать тьму в этом мире не такой беспросветной. Поэтому судебные медики – это те люди, которые борются с тьмой за каждый, даже самый крошечный, клочок света, и мы ни при каких обстоятельствах не должны останавливаться, даже если… даже если… – Она больше ничего не сказала. Веки с прекрасными ресницами бессильно опустились, прикрыв глаза.

«Даже если вы отберете все, что имеет для меня смысл».

Она развернулась и в одиночестве вышла в коридор, спокойным, размеренным шагом направилась к лестнице и поднялась на второй этаж.