Книга Сожженные тела на станции Саошулин, страница 235 – Юнь Хуянь

– Что ты хочешь сказать? – с любопытством спросила Го Сяофэнь.

– Ну… – Ма Сяочжун не осмеливался смотреть на нее, уставившись на туристический журнал, наполовину торчащий из кармана переднего сиденья. – Сяо Го, хотя при нашей первой встрече ты ударила меня шокером, а я тебя обругал – начало было так себе, но я очень давно тебя полюбил, ты это знаешь. И не просто полюбил, а намного сильнее. Слово «любовь» я выговариваю с трудом, но ты понимаешь… Хотя в твоих глазах я, наверное, просто никчемный тип – про внешность и говорить нечего, да еще болтун, хам, вечно несерьезный, как типичный подонок. Но мы знакомы столько лет, и ты лучше всех знаешь: в душе я Лао Ма, порядочный до мозга костей, предан работе, честен в службе, а что касается чувств, тут и песчинки грязи не найдешь. С тех пор как полюбил тебя, даже мысли о других девушках не допускал, в моем сердце только ты одна, и хоть кости переломай, это правда.

Го Сяофэнь молча смотрела на него.

– Я все это говорю, потому что хочу серьезно сказать тебе одну вещь: будь моей девушкой, а если боишься, что я несерьезен, давай сразу по возвращении распишемся! Мое положение ты знаешь – я в полиции больше десяти лет, простой начальник участка, накоплений двести-триста тысяч, до сих пор живу с мамой в двушке восемьдесят пятого года, больше ничего нет – не то чтобы совсем нищий, но и богатым не назовешь… Но я буду хорошо к тебе относиться, всю жизнь только к тебе одной, никогда не буду играть на два фронта. Кроме нашей будущей дочки, никогда не полюблю другую девушку, и ты знаешь: весь мир перевернешь, не найдешь человека, который осмелится обидеть женщину Ма Сяочжуна. Клянусь тебе, что я никогда не позволю тебе страдать, никогда не позволю тебе испугаться, никогда не позволю тебе оказаться на улице, никогда не позволю потерять дорогу домой… – Сказав это, Ма Сяочжун, как заключенный, ожидающий приговора, опустил голову и ждал очень долго, но так и не услышал ни звука от Го Сяофэнь. Он боязливо повернул голову и увидел, что она смотрит на него, а все ее лицо в слезах.

Он осторожно взял мягкую руку Го Сяофэнь, и как только сделал это, сжал крепко-крепко, больше не желая отпускать.

Го Сяофэнь медленно положила голову ему на плечо, слезы капали одна за другой на тыльную сторону его ладони. В вагоне были только они вдвоем.

1

«Дзинь…» – медный колокольчик над дверью кафе звякнул, заставив читающую Лю Сымяо поднять голову. Взглянув на вход, она увидела, что вошла не Го Сяофэнь, а какой-то мужчина средних лет в кепке. Она снова вернулась к книге «Город греха» Джеймса Эллроя, но уже не могла сосредоточиться на тексте.

Она тихонько вздохнула, закрыла книгу и посмотрела через большое окно на улицу: в глубокой осени ряд платанов, остатки листьев на которых скрутились в черно-желтые шарики, в сгущающейся темноте напоминали готовые погаснуть огоньки. По тротуару медленно проходили несколько пар влюбленных в ярких нарядах, держась за руки. Когда они пересекали световую рекламу, проецируемую на землю, на мгновение становились особенно яркими, но тут же снова исчезали, словно поглощенные ночной тьмой…

После того как столько опытных полицейских работали день и ночь и вложили столько усилий, расследование «Дела Саошулин» оборвалось, словно сломалась кость. Все улики указывали на то, что главный подозреваемый Чжоу Липин имеет надежное алиби и должен быть освобожден по закону. Хотя некоторые полицейские были недовольны и, движимые каким-то чувством досады, искали предлог, чтобы подержать его еще немного, но найти причину было сложно: обвинить в надругательстве над трупом за перемещение тела Чжан Чуньяна в морозильник? Нарушение общественного порядка за драку с Ли Чжиюном? Да ладно, ладно, не стоит искать себе неприятности!