Книга Сожженные тела на станции Саошулин, страница 156 – Юнь Хуянь

– Вы с Хуянем больше не ходили в гостиницу «Яньчжао»? – поинтересовалась Го Сяофэнь.

– Ходили, но персонал по-прежнему настаивал, что без предварительной записи встретиться нельзя, пришлось записаться на послезавтра, – без надежды в голосе пояснил Ли Чжиюн. – Кстати, вы с Ма нашли Фан Мэй?

– Мы ходили вчера утром, но не застали ее; нам сказали, что она уехала в командировку в Шанхай и вернется только на следующей неделе. Мы с Ма поехали в городскую тюрьму номер один узнать о поведении Чжоу Липина во время заключения.

Го Сяофэнь и Ма Сяочжуна принимал тюремный надзиратель Лао Фэн из шестнадцатого отделения первой городской тюрьмы. У Лао Фэна было необычайно длинное лицо, он говорил медленно, немного растягивая слова, но выражался очень точно. По его словам, когда Чжоу Липин совершил преступление, ему не было восемнадцати лет, и потому во время следствия он находился в колонии для несовершеннолетних, но к моменту вынесения приговора ему уже исполнилось восемнадцать, поэтому его перевели в первую тюрьму, где он отсидел восемь лет.

В тюрьме своя иерархия: насильники на нижней ступени, а убийцы, тем более такой серийный убийца как Чжоу Липин, безусловно, на самом верху. Хотя он был молод, но с момента заключения, с того дня, как он попал в тюрьму, никто не осмеливался его задевать, и по правилам заключенные, обращаясь к нему, должны были добавлять к его имени слово «господин».

Когда «господин Чжоу» только прибыл, тюремная администрация специально провела совещание по поводу того, какую работу ему поручить. Заключенному с чрезвычайно высокой склонностью к насилию нельзя позволять контактировать с какими-либо инструментами. На кухне есть ножи – нельзя; для ухода за растениями нужны садовые ножницы – нельзя; для земляных работ нужны лопаты и кирки – тем более нельзя… Но и нельзя оставлять Чжоу Липина без дела, от безделья обязательно будут проблемы. В конце концов решили поручить ему управление библиотекой, и кто бы мог подумать, что менее чем через месяц она преобразится.

– Чжоу Липин каждый день протирал столы и стулья до блеска, сначала ремонтировал все порванные книги, потом оборачивал их обложками, даже запросил установку системы управления библиотекой для регистрации выдачи книг. Глядя, как он целыми днями сидит, склонив голову, наклеивает штрих-коды на каждую книгу и сканирует их, добавляя записи в компьютер, трудно было поверить, что он жестоко убил столько людей, – поведал им Фэн.

По мнению Фэна, Чжоу Липин был одним из самых простых в плане контроля заключенных: работал без лени, никогда не создавал проблем, соблюдал тюремные правила даже лучше, чем требовали надзиратели. Однако в одном он был особенным. Тюрьма, грубо говоря, похожа на выращивание ядовитых насекомых: разные ядовитые твари заперты в одной банке, и хотя за ними следят, но в любой момент может случиться кровопролитие или даже убийство, поэтому заключенные тайно создают группировки для самозащиты. Только Чжоу Липин был исключением, он был очень, очень независимым, как выразился Фэн, «немного высокомерным, совершенно не интересовался другими заключенными». За все восемь лет он не подружился ни с одним сокамерником; когда другие хотели признать его авторитетом – игнорировал; когда другие группировки пытались привлечь его – тоже не реагировал. Если бы так вел себя другой заключенный, его бы давно проучили, но Чжоу Липин все-таки был серийным убийцей, во всей городской тюрьме номер один не было никого страшнее него, даже самые жестокие тюремные авторитеты могли только держаться от него подальше.