Книга Птичий остров, страница 4 – Алекс Белл

– У папы большой проект на острове, – сказала мне мама. – Птичий остров обитаем только летом, так что путешествие нельзя отложить, и… ну это же будет приключение, правда? Вы будете жить в настоящем маяке. Уверена, в это время года на острове очень красиво. Дикая природа, суровые берега, океанские закаты. Мы решили, что это будет отличная возможность для Роузи заняться фотографией, а для тебя – посмотреть на звёзды там, где нет светового загрязнения.

Меня бесило, когда мама так говорила – выставляла всё так, словно это делается для нашегоблага, хотя мы обе знали, что на самом деле просто соглашаемся на вариант, наиболее удобный для папы. Но выбора у нас всё равно не было. Нас потащат на две недели на Внешние Гебридские острова, хочется нам того или нет.

И чем ближе подкрадывался этот день, тем с бо́льшим ужасом я ожидала отъезда. У моих друзей были офигенные планы: шопинг-туры, музыкальные фестивали, ночёвки, киновечера, глэмпинги, пляжи. А у меня всего этого не будет.

Хуже того: на этот раз с нами едет и новая папина семья. Его жена Кейт тоже орнитолог, и у них шестилетний сын, наш единокровный брат Крис. Я видела его всего раз, пару лет назад во время очень неловкого ужина в кафе «Тропический лес». Он разревелся, потому что закончились палочки моцареллы, а потом разлил свой коктейль по всему столу. Даже не знаю, какое чувство было сильнее – испанский стыд или раздражение.

Погуглив название острова, я поняла, что мама даже слегка недоговаривала, когда назвала его «маленьким». Это вообще один из самых захолустных островов всей Великобритании. Мы буквально будем там единственными людьми. Ни магазинов, ни кафе. Единственные здания – каменные охотничьи домики, построенные монахами много веков назад. И конечно же, сам маяк. Роузи он весьма приглянулся.

* * *

Утром в день отъезда она ворвалась в мою комнату, где я панически пыталась собраться в последний момент, и запрыгнула мне на кровать.

– Знаешь что? – спросила она.

– Ты что, умерла бы, если бы постучалась? – вздохнула я.

Роузи вообще не понимала, что такое границы и личное пространство, несмотря на все мои попытки объяснить ей.

– В маяке, в котором мы поселимся, живут привидения!

Она сияла, словно только что сообщила мне, что на острове есть отель, причём пятизвёздочный.

Я была старше Роузи на три года, но нам часто говорили, что мы похожи: зелёные глаза и волосы цвета мёда. Хотя на этом сходство, собственно говоря, заканчивалось. Характеры у нас были совершенно разные. Я любила науку, Роузи – ужастики. Я любила телескопы, Роузи – карты Таро. Я любила ходить со своими друзьями по магазинам, Роузи со своими – устраивать спиритические сеансы. Мама думала, что интерес Роузи ко всяким ужасам – это очень странно, потому что в детстве она была очень болезненной, но мне казалось, что во многом именно поэтому-то она всем этим и заинтересовалась.

Сегодня на моей младшей сестре была чёрная футболка с мультяшным привидением и надписью «Я верю». И как обычно, она нацепила на себя цацки с кристаллами: её любимый ангел из розового кварца висел на цепочке на шее, а на руку она надела браслет с кружевным агатом. Благодаря Роузи я знала о кристаллах и их значении намного больше, чем хотелось бы. Розовый кварц символизирует безусловную любовь, поэтому кулон с ангелом я подарила ей на прошедшее Рождество. Бледно-голубой кружевной агат вроде как должен положительно влиять на уверенность в себе.