Книга Птичий остров, страница 19 – Алекс Белл

Уилл покачал головой.

– Вот тут ты неправа. Люди там умирали. Видели разное. А если вы там останетесь, то и с вами что-то случится…

До этого момента Крис скорее слушал заинтересованно, чем испуганно, так что я даже удивилась, когда он вдруг расплакался – и не просто всхлипнул, а прямо разревелся.

– Не хочу жить в маяке! – завывал он. – Я его ненавижу! Ненавижу!

Я повернулась к Уиллу и закатила глаза.

– Ну спасибо тебе, – сказала я. – Уверена, папа будет очень рад, когда мы приведём его домой в таком вот настроении.

Уилл пожал плечами и даже не попытался извиниться. Вот ведь гад.

Я присела на корточки возле брата.

– Всё хорошо, Крис. Уилл просто шутит. В маяке на самом деле не водятся привидения. Пойдём, осмотрим остальной остров.

К моему облегчению, Уилл не попытался остановить нас или пойти за нами, так что мы оставили его одного. Крис ещё какое-то время хныкал и всхлипывал, но потом Роузи увлекла его разговором об улитках и он вроде бы успокоился и постепенно забыл о неприятном разговоре с Уиллом.

Остров оказался небольшим. Его, наверное, весь можно обойти примерно за час. А это значило, что не наткнуться на других охотников на куку будет довольно сложно. Сначала мы увидели охотничьи домики на склоне холма – маленькие каменные здания, построенные монахами несколько столетий назад. Признаюсь, по сравнению с ними маяк и в самом деле выглядел почти уютно. В маленьких каменных хижинах не было даже окон и дверей – только зияющие дыры, в которых свистел ветер. Несколько человек в штормовках таскали туда-сюда большие мешки и длинные верёвки.

– Пойдём, – наконец сказала я. – Не хочу, чтобы они нас увидели.

По пути мы увидели несколько птенцов олуш в гнёздах, и от одной мысли о том, что их маленькие пухлые головки вскоре будут разбиты о скалы, мне стало дурно. Я была рада, что папины исследования как-то помогут покончить с охотой. Мы ещё немного походили, но на острове не было больше ничего, кроме птиц, мух и высоких каменных пирамид. Он был просто невероятно унылым. Наконец, сделав крюк, мы направились обратно. Среди олуш мы заметили и других птиц, и Крис перечислил их названия.

– Вот это кайра, – сказал он, показав пальцем. – Это гагарка. А вон там сидит глупыш.

– О, смотри, а вот улитка.

Я показала на неё, но, к моему удивлению, он воскликнул:

– Фу, ненавижу улиток! Они такие склизкие!

– Что? Я думала, ты… – Но Крис уже убежал вперёд.

Голова кругом идёт, когда я сейчас пытаюсь писать о Крисе и улитках.

– Эй, не подходи слишком близко к краю! – крикнула я ему вслед.

Некоторые скалы в высоту были метров шестьдесят. Я надеялась, что папа прав и Крис не сойдёт с тропинки. Теперь, когда мы обошли весь остров, я поняла, что просто так по нему разгуливать не слишком безопасно, особенно если камни мокрые и скользкие. Придётся присматривать и за Роузи, чтобы она не наделала глупостей, пытаясь сделать идеальную фотку. Я уже ненавидела Птичий остров, и две недели на нём казались уже целой вечностью. Чем быстрее мы уедем с этого вонючего острова домой, тем лучше.

* * *

Перед ужином папа и Кейт объяснили, что после захода солнца нужно обязательно запереть все двери и ставни, иначе свет из окон может сбить с толку моряков. Мы с Роузи помогли им закрыть ставни, которые, как и всё остальное, были покрыты солью. Я даже на губах чувствовала её привкус, когда мы шли обратно к входной двери. Из-за дома вышла хмурая Роузи.