Книга Забытые кости в Тенистой Лощине, страница 98 – Джуно Блэк

– В любом случае больше этикета Тенистой Лощине не требуется. Мы все очень вежливые. Что она могла предложить?

– Танцы? – уколола его Вера.

– Едва ли. Я еще раз зашел в эту школу, думая, что ты там берешь интервью – в редакции сказали, ты работаешь над статьей. Но застал одну мисс Грей. Она засыпала меня массой вопросов – про тебя, про расследование, про мои планы. Она была очень пытливой, и это опять вызвало у меня подозрения. Я хотел понять, что ее на самом деле интересует, поэтому придумал историю: я хочу научиться танцевать, чтобы произвести на тебя впечатление.

– И она с радостью принялась тебя учить, – догадалась Вера.

– Да, но после первого урока я сбежал, как только представилась возможность. Я не собирался шесть недель мучить себя этим. Она ужасно танцует.

– Правда?

– Просто ужасно. Можно научить животное правилам этикета, но научить чувствовать ритм невозможно. Она все время наступала мне на лапы, но винила меня. И в то же самое время пыталась заставить рассказать, что я знаю про смерть Джулии. Худший танец в моей жизни.

– Ты умеешь танцевать? – удивленно спросила Вера.

– Конечно, умею. Что такого необычного в танцующем медведе?

– Ты никогда не приглашал меня на танцы.

– Ну, у меня пока не было такой возможности. Я собирался. Я послал тебе цветы в качестве извинения и хотел поднять этот вопрос во время ужина в отделении, но ты так быстро убежала, махнув хвостом, что я посчитал время неподходящим.

– О, наверное, ты прав. – Вера запнулась, затем вздохнула. – И время все еще неподходящее! Мне нужно написать статью про так эффектно проведенный арест, или Че-Бе слетит с катушек. – Она повернулась к начальнику отделения Миду и спросила: – Могу ли я процитировать вас обоих?

Шеф Мид дал какой-то туманный хвастливый комментарий, смысл которого заключался в том, что Тенистая Лощина всегда может полагаться на свою полицию, которая восстановит порядок. Орвилл высказался немного более детально. Вера уже знала, какую цитату использует для размещения во врезке^[8]:

«Десять лет – это большой срок для того, чтобы дождаться торжества справедливости, но в конце концов, благодаря напряженной работе и помощи сообщества, мы достигли этой цели».

– Так, мне пора домой, чтобы все это описать. Увидимся завтра!

Орвилл помахал ей на прощание, а Вера послала ему воздушный поцелуй, ощущая при этом, что формальные правила этикета никогда не заменят простые жесты.

Вера бросилась домой и принялась судорожно стучать по клавишам пишущей машинки. Она не ложилась всю ночь, потому что писала, переделывала и отшлифовывала статью.

Как только рассвело, она бегом бросилась в редакцию «Вестника» с отпечатанными страницами в лапах.

– Че-Бе! Че-Бе! – закричала лиса. – У меня все готово! Эксклюзив!

Услышав слово «эксклюзив», скунс высунул голову из кабинета.

– Что там у тебя? Заходи!

Вера вошла в кабинет главного редактора и вручила ему статью, затем рухнула на стул. Че-Бе прочитал текст с красным карандашом в лапе, каждые несколько минут издавая удивленные крики («Что?!», и «Чтоона сделала?!», и один раз на самом деле прокричал «Черт возьми!»).

Наконец Че-Бе бросил последнюю страницу на свой письменный стол.

– Хорошая работа, Виксен. Я напечатаю спецвыпуск, он выйдет сегодня. А затем я хочу продолжение – реакции жителей города. Их дадим на выходных.