Книга Тогда и только тогда, когда снег белый, страница 84 – Лу Цюча

– Не получилось разбудить Гу Цяньцянь? – поинтересовалась Яо Шухань вместо приветствия, когда Фэн Лукуй подошла к ней, перейдя дорогу.

– Позволила ей поспать подольше, – ответила Фэн Лукуй. – Уж очень ей приглянулась моя постель.

В это время в будний день охранник уже должен был открыть ворота для учащихся, пришедших на утреннюю самоподготовку. По субботам же она начиналась в 08:30, а количество мест для желающих было ограничено, поэтому и ворота отпирали чуть позже, чем обычно. Яо Шухань достала пропуск, приложила к электронному считывателю и вошла в маленькую калитку рядом. Фэн Лукуй последовала за ней. При свете лампы, висевшей под карнизом бюро пропусков, девушки увидели множество следов на снегу по обе стороны от ворот и даже штрихи от метлы приблизительно тридцати сантиметров в ширину. Эти цепочки тянулись по прямой, проникали в ворота школы, огибали навес для велосипедов и наконец приводили к общежитию и галерее. Здесь они останавливались и, не сговариваясь, сворачивали на восток кампуса к спортзалу.

– У волейбольной команды сегодня есть тренировка? Я слышала, что они занимаются по субботам с семи утра и до самого вечера. Не ожидала, что зимой они продолжат приходить в то же время, – удивилась Яо Шухань.

– Должно быть, это последняя тренировка в семестре. На следующей неделе все спортивные занятия должны прекратиться.

– Ну и отлично.

– Но оценки не так важны для спортсменов. А вот для обычного ученика следующие две недели будут особенно трудными. После недели повторения и подготовки наступит экзаменационная неделя, и вывесят списки с оценками. Не так уж и здорово.

– Если завалить экзамен, то все зимние каникулы пройдут очень тяжело.

– Вы знаете об этом из своего опыта? Все каникулы просидели дома, вас не выпускали гулять?

– Нет, понятия не имею, каково это. Я хорошо училась.

– Верно, ведь вас не зря приняли в эту школу, – небрежно заметила Фэн Лукуй. – Эта школа знаменита своими служанками и библиотекарями.

– Большинство моих одноклассников все же уехали в Шанхай и нашли там достойную работу. Мы с моим другом – исключение из правила. Однако я не испытываю ни малейшей симпатии к своей альма-матер; по ощущениям, я не получала никаких знаний, а лишь все больше деградировала день ото дня.

– Разве вы не сами в этом виноваты?

Они прошли через галерею и оказались у входа в административный корпус.

– Войдем? – предложила Яо Шухань.

– Хорошо.

Фэн Лукуй толкнула железную дверь. Яо Шухань достала телефон и включила фонарик. Двигаясь во мраке коридора, обе не произнесли ни слова, как будто не сговариваясь размышляли над обстоятельствами случившегося здесь. Наконец свет фонарика выхватил из темноты заднюю дверь и щель между створками, сквозь которую было ясно видно неровную землю.

– Кстати говоря, – Фэн Лукуй, похоже, пришла в голову идея, – земля такая неровная, что убийца мог пропустить леску в эту щель и таким образом создать закрытую комнату.

– Я думала об этом, однако полиция не обнаружила никаких следов на двери, так что это определенно было невозможно.

– Я все думаю… Если убийца видел, как Тан Ли выгнали на улицу, успел выбежать наружу перед тем, как она заперла дверь, а затем убедился, что Тан Ли мертва, и использовал хитроумно сработанное устройство для создания «запертой комнаты», это бы объяснило сомнительный момент, который вы отметили, – отсутствие следов на снегу, которые должны были там остаться.