Книга Шепот старых стен, страница 103 – Анастасия Ватутина

Рихтер вырастил их сына как своего, но чувство вины и одиночества не покидало его ни на секунду.

– Я слышала, что многие подозревали графиню Самойлову в убийстве мужа. Как думаете, могло это быть правдой?

– Я бы не удивился. Она была чудовищем в женском обличье. А почему вы спрашиваете?

– Это прозвучит странно, но я кое-что видела в усадьбе. Когда я нашла дневник Рихтера, мне стали сниться…сны. Я как будто видела некоторые события, что происходили когда-то в прошлом.

– Вы видели ее? – Штерблих наклонился ближе, и глаза его лихорадочно заблестели. – Она все еще там?

– Я видела женщину, – Клара понизила голос. – Я долгое время думала, что это призрак Елизаветы Рихтер, и она пытается показать мне, что с ней сделал Рихтер. Но после вашего рассказа я понимаю, что ошибалась. В усадьбе нет призрака Лизы, там все это время оставалась Анна, которая до сих пор ждет, когда к ней вернется Николай.

– Какой ужас, – Штерблих устало откинулся на спинку стула. – Какая трагическая судьба. Она была призраком при жизни и сталась таковой и впосмертии.

– Я надеюсь, что теперь она обретет покой.

– Так много смертей в борьбе за эликсир бессмертия… Если бы Рихтер оставил свои эксперименты и выбросил из головы дурацкое предсказание, возможно, Лиза, Анна и Николай дожили бы до самой старости. Но он поверил картам какой-то гадалки и вознамерился на самом деле обмануть смерть, и в конечном счете остался совершенно один, потеряв всех, кого любил. И все слухи, что ходят вокруг его личности правдивы в одном – он на самом деле чудовище. Вечная жизнь стала бы для него заслуженным наказанием.

– Вы несправедливы, – возразила Клара. – Да, Рихтер был одержим идеей победить смерть, но в то же время, все, что он делал, было продиктовано исключительно любовью к его близким. Смерть Лизы – трагическая случайность, и вина Рихтера состоит лишь в том, что он не рассказал ей об Анне и Николае. Граф Самойлов был взрослым человеком и должен был сам нести ответственность за свои действия. Пусть он любил Анну, но фактически сделал ее пленницей, которая вынуждена была скрываться ото всех, чтобы не бросить тень на Николая. Так что злодей в этой истории отнюдь не Рихтер, который вырастил ребенка Николая и Анны, и уже за одно это достоин прощения.

– Вы слишком добры к нему, – он похлопал Клару по руке. – Рихтер этого не заслуживает. И подтверждение тому – вы, ваш друг, который сейчас на грани жизни и смерти и душа Анны, что все еще мается в стенах проклятой усадьбы. Даже госпожа Головлева, какой бы безумной она не была, тоже стала жертвой экспериментов Рихтера.

– Что будет с Головлевой и ее родственниками?

– Ее, скорее всего, признают невменяемой и отправят на принудительное лечение. Виталий понесет наказание за незаконную торговлю антиквариатом, его подруга Варя, которая изображала призрак Лизоньки, вероятно, отделается штрафом за хулиганство, поскольку напрямую в деятельности Виталия и Никиты она не участвовала, хотя наверняка была в курсе, несмотря на то что сейчас яро это отрицает.

– А какую роль в этой истории сыграла Вера?

– Сложно сказать, – Штерблих пожал плечами. – Пока следствию нечего ей предъявить. Да, она обнаружила документы и поделилась информацией со старухой, но все остальное они сделали без ее участия. По крайней мере, и Виталий, и Головлева настаивают на ее непричастности. Мне стоило послушать Николая Васильевича и вмешаться раньше, – тяжело вздохнул Штерблих.