Книга Тонкий лед, страница 80 – Пейдж Шелтон

– Его отец отлично разбирался в травах и был умелым лекарем. Он недавно скончался, но Рук продолжает его дело.

– Он лекарь или шаман?

– Не думаю, что сейчас кто-то так говорит. Но раньше таких, как он, действительно так называли. Для меня он просто Рук. Его отец, Тенет, был хорошим человеком, и Рук тоже, но он еще молод и не скоро станет таким же талантливым, как был его отец.

– А сколько ему лет?

– Тридцать пять.

– Я думала, вы скажете, что ему еще нет двадцати или около того.

– Не совсем. Вы поймете. Пикап, который мы едем смотреть, водила сестра Рука, но она недавно вышла замуж и переехала, а машину брать с собой не захотела. – Доннер быстро глянул на меня и продолжил: – Тлинкиты живут племенами, и брак призван соединять их между собой. Жениться внутри одного племени не разрешается.

– Никогда?

– Такая традиция. Пикап на вид не очень, но еще вполне держится. Думаю, пару лет он протянет.

– Интересно. Ладно, я его куплю.

– Вам сначала надо на него посмотреть.

– Хорошо. – Я взглянула на Доннера. Он совсем не походил на того сердитого мужчину, который когда-то подвозил из аэропорта предполагаемую преступницу. Я твердо намеревалась купить пикап, даже если он будет гудеть и едва ползти. Потому что даже это «едва» лучше, чем велосипед.

– Можно я задам вам пару вопросов о Линде Рафферти?

– Только если у меня будет право не отвечать.

– Вы близко дружили?

Доннер покосился на меня:

– Что вы имеете в виду?

– Вы были друзьями?

– Да, мы дружили. Но мне почему-то кажется, что вы не об этом спрашиваете.

– Бенни сказала, ходят слухи, что у вас с Линдой был роман.

– Что? – Доннер рассмеялся. – Нет. И больше я никак не собираюсь это комментировать.

– Поняла. Спасибо за ответ.

Доннер покачал головой:

– Чертова Бенни.

Я припомнила, что уже слышала подобное выражение в адрес ее сестры. Может, эти двое действительно просто старались оживить местную обстановку, но мне показалось, что за словами Доннера крылось что-то более существенное.

– Грил по-прежнему не верит, что Линда совершила самоубийство, – заметила я.

– Да. Я тоже. Я не знал о Линде ничего такого, что указывало бы на то, что она могла себя убить. Но у них с Джорджем была своя трагедия в прошлом, еще в Южной Каролине.

– Их сын.

– Да. Для них это было ужасно тяжело, но толком я больше ничего не знаю. Они никогда не говорили об этом. Даже когда Грил расспрашивал Джорджа – ну, после того как он очнулся от того странного сна, – тот мало что сказал. Они оба вели себя так, будто горевали, но… В общем, они словно старались об этом забыть и не хотели, чтобы им напоминали.

– Может, что-то все же напомнило Линде о произошедшем. А боль была слишком сильной.

– Возможно, но я все равно в это не верю.

– Как думаете, Линда могла бояться кого-нибудь или чего-нибудь?

– Интересный вопрос. – Доннер на мгновение задумался. – Она действительно иногда была дерганой, как будто за ней кто-то следил. Не всегда, но временами я замечал. И не так давно тоже.

– А в какой ситуации?

– Н-да… – Доннер снова задумался. – Совершенно вылетело из головы. Не могу точно вспомнить. Само придет. Но я, скорее всего, скажу сначала Грилу, а потом уже вам.

– Я не против.

Он рассмеялся.

– То есть вы не собираетесь быть журналистом с бульдожьей хваткой.

– Предпочитаю быть журналистом, который раскрывает правду.