Книга Тонкий лед, страница 124 – Пейдж Шелтон

– Вам прислали письмо? – Теперь была очередь детектива вздыхать, но в ее случае это был скорее признак досады. – Начните с начала, Бет. Расскажите мне все.

– Там не о чем рассказывать.

– Где сейчас письмо?

– Понятия не имею, но, если найдете мою мать, вполне возможно, оно будет у нее.

– Так, Бет, давайте немного поговорим о вашем отце.

Я кивнула и продолжила рассказ.

Что, если Леви Брукс как-то связан с моим отцом? Я не понимала, как такое может быть, но совпадений становилось все больше. Или все дело в том, как тесен мир? Сдерживая нахлынувшие воспоминания, я рассказала детективу Мэйджорс о том, как много лет назад моя мать впервые потеряла всякий здравый смысл и стала одержимой. Рассказала все, что помнила о короткой записке, где в паре слов говорилось, что кто-то видел Эдди там, на пожаре, – и больше ничего. Она вполне могла оказаться убедительно сфабрикованной подделкой от какого-то любителя злых розыгрышей.

Или кто-то действительно видел моего отца на месте преступления, совершенного человеком по имени Леви Брукс.

Все это было невероятно, но тем не менее все эти события произошли на самом деле. И больше не осталось ничего невероятного.

Мы говорили о моем прошлом, о письме, о моей матери и о том странном, безумном времени в нашей жизни, когда появился дед и меня спас. Но маму спасать было некому. Одержимость стала ее образом жизни. И, вероятно, станет и причиной ее смерти.

Разговор с детективом вернул меня в то время, когда мы переехали к деду и я в конце концов стала работать у него в участке. Я великолепно считала. У меня был талант. Природный дар. Мои способности помогали раскрывать преступления или, по крайней мере, составлять отчеты, которые этому способствовали. Дедушка часто подолгу наблюдал за мной и качал головой. Я видела все как в трехмерной модели. И даже не знала, что у других людей такой способности нет, что они не могут увидеть в голове пространство комнаты и понять, куда могла улететь пуля, выпущенная из той или иной точки. Но дедушка знал и говорил, что это признак особого ума, и довольно редкий. «Боже мой, девочка, твоей головы на двоих хватит», –говорил он.

Но об этом я детективу не рассказала.

Посвятив все свое время написанию книг, я не использовала свои таланты по назначению, и времени с тех пор прошло очень-очень много. Но они никуда не пропали, просто «заржавели». Ровно до того момента, когда я начала рассказывать все детективу, и тогда внутри что-то шевельнулось. Что-то связанное с цифрами.

Расчеты. Что-то не так было с расчетами.

«Нет, не было», – сказала я себе. Но внутренний голос настаивал.

Повесив трубку, я снова задумалась. Мысль застряла в голове и не желала уходить. Мозг с пугающей быстротой перебирал цифры.

Показания с места преступления в доме Рафферти. Что-то было не так. И внезапно я осознала, что именно. Я нарушила почти все дедушкины правила.

«Ох, черт!»

Я схватила сумку и выбежала из «Петиции», забыв про замок на двери. Я вообще ни о чем не думала, кроме одной-единственной незначительной детали, которая на деле могла оказаться очень весомой.

Я так торопилась поскорее добраться обратно до участка, что красота аляскинского утра прошла абсолютно мимо меня. Взлетев по ступенькам на крыльцо, я обнаружила, что дверь заперта.