Книга Беглец. Несправедливо обвиненный, страница 40 – Дж. М. Диллард

Так они добрались до гостиной. Копланд опять закричал:

– Вы меня слышите? Я вам говорю, я должен выбраться отсюда. Или я перережу глотку вашему парню!

Он развернул Ньюмена так, что они оказались между дверью в спальню и выходом в коридор. Ньюмен плотно зажмурил глаза: он не слышал голоса Джерарда, он ничего не слышал. Ничего. Только прерывистое дыхание Копланда. Копланд напрягся, тоже пытаясь услышать хоть какой-то звук.

Из спальни раздался громкий стук, Копланд волчком крутанул Ньюмена, тот открыл глаза и успел увидеть, как на пол спальни упал ботинок.

Копланд слишком поздно понял свою ошибку. Он взвыл, поворачиваясь обратно к двери в коридор. И тут Джерард выстрелил ему прямо в лицо один раз.

Ньюмену показалось, что его уши и мозг взорвались – звук был оглушительный. Пуля 40-го калибра пробила кость и хрящи, и на Ньюмена обрушилась струя крови, осколки черепа и куски мозга.

Ножа у горла уже не было. Копланд упал.

Ньюмен зажал кулаками уши от боли.

В комнату мимо Джерарда влетела женщина в нескромно распахнутом халате. Увидев лежавшего на полу любовника, она снова начала кричать. Ньюмену этот крик показался каким-то отдаленным, словно он слушал его из аквариума.

Равнодушно и спокойно, словно ничего не произошло, Джерард повернулся к ней и авторитетным тоном, будто он был сам Бог, сказал:

– Заткнись.

И она заткнулась.

К тому времени, когда приехала группа оперативников, Ньюмен вернулся в машину. Адреналин уже не бурлил в нем, но боль не проходила. Он решил, что в левом ухе у него лопнула перепонка.

К машине подошел Джерард с пластиковым стаканчиком кофе в руке. Он облокотился об открытое окно машины и заглянул внутрь, где на заднем сиденье его помощник все еще зажимал руками уши. Ньюмен был вне себя от ярости. Хотя Джерард и был его боссом и хотя Ньюмен и боялся его, как, впрочем, и все остальные, но сейчас боль и злость превзошли его страх.

– Мое ухо, – его голос звенел от возмущения. – Я им ничего не слышу. Как вы могли это сделать.

Джерард даже не обиделся.

– Ты думаешь, мне стоило с ним поторговаться? – спросил он спокойным голосом.

– Да! – вскричал Ньюмен. – Вы ведь могли промахнуться. Вы могли убить меня!

Джерард отвел от него взгляд и выпрямился, слегка повернув голову и глядя на открывающуюся долину: там солнце уже съело туман, но роса осталась, и трава все еще искрилась в ярких лучах. Он, казалось, раздумывал над словами Ньюмена.

– Да, ты абсолютно прав. Я мог промахнуться.

Ньюмен промолчал, немного смягчившись. Джерард вдруг повернулся к нему с явным сочувствием.

– Ну что, твое ухо действительно ничего не слышит?

– Да, и это ужасно! – ответил Ньюмен. – Видимо, я навсегда потерял слух.

– Дай-ка я посмотрю.

Джерард поставил стаканчик с кофе на крышу машины и просунул голову в окно. Ньюмен опустил руки и повернулся ухом к Джерарду.

Тот нагнулся к нему, но вместо того, чтобы рассматривать, он приблизил губы к уху и громко и отчетливо сказал:

– Я никогда не торгуюсь.

Ньюмен схватился за ухо, скорчившись от боли, а Джерард вынул голову из кабины, взял свой стаканчик с кофе и медленно пошел прочь, оставив парня в полной растерянности.

Бигс и Ренфро подошли к машине, где только что стоял Джерард.

– Он к тебе хорошо относится, – сказал Бигс Ньюмену.

– Да-а, – подтвердил Ренфро со знанием дела. – Мне он так просто орал в ухо.