Книга Развод. В логове холостяка, страница 44 – Ксения Хиж

- Ох, бодрящая! Докладываю: температура воздуха – тринадцать градусов. Температура воды максимум пять, плюс один градус, глубина акватории – три, четыре метра, видимость под водой хреновая – двадцать, тридцать сантиметров – не больше. Дно каменистое, илистое. Присутствует большое количество досок, топляка.

- Понял, - Руслан двинулся к воде. У небольшого пологого спуска уже плескалась черными водами вода.

- Рус?

- А?

- Найдем, скорее всего, - сказал Игнат, подкуривая. – Ты же знаешь, я не впервой такое чувствую. Еще ни разу не ошибался. Помнишь, в Карелии девчонку искали? Я же сказал, найду, чувствовал, вот сам на руках со дна и поднял.

- Ага. Но лучше бы ты хоть раз ошибся.

- Это вряд ли. Там еще следы нашли босых ног в грязи, прямо у спуска в воду.

- Да ладно?

- Угу.

- Плохи дела. Ну, посмотрим.

Место для погружения было готово и Руслан, чтобы не терять больше времени, взял водолазный костюм, даже не догадываясь, что это погружение в воду окажется гораздо большим на находки, чем бы ему хотелось бы.

И дело отнюдь не в безвести пропавшей…

Точнее, в ней, но той, которая Полина. И находка по её честь окончательно даст мне понять, что девчонку пора спасать...

Борис провел меня по длинному темному коридору, венчал который спуск в подвал. По витой лестнице мы поднялись на второй этаж и там, слева от входа оказалась дверь моей комнаты.

- Вот, Дашка, заходи! Располагайся.

Я толкнула дверь и замерла на пороге. В нос бесцеремонно ударил запах сырости и пыли. Машинально прошлась рукой по стене и, нащупав выключатель, нажала. Желтый свет озарил небольшую комнату с кроватью по левую сторону от окна.

- Осмотрись и спускайся вниз, чаевничать. Сейчас дом нагреется, теплее станет.

- Хорошо.

Я вошла в комнату и прикрыла за собой дверь. Обхватила свое худенькое тело руками, поеживаясь. Ноги в тонких носках свело от ледяного пола.

Подошла к письменному столу, медленно провела пальцами по столешнице, стирая пыль. Потрогала мягкое покрывало кровати, осторожно села на край и вдруг разревелась. И плакала до тех пор, пока не сбилось дыхание и не заложило нос.

Я дома. Но отчего тогда внутри засело горькое чувство тревоги и сожаления.

Совсем замерзнув, подошла к платяному шкафу, выдохнув, отворила створки. Пусто. Абсолютно. На плечиках не висела одежда, не стояли коробки из-под обуви. Там было пусто. Посмотрела на письменный стол и, в два шага добежав до него, дернула на себя выдвижной ящик. Первый. Второй. Третий. Ничего.

Да и что я хотела там обнаружить? Свое прошлое? Себя, чет знает какой давности? Они, наверное, похоронили меня и, конечно же, убрали все вещи…Но если бы я нашла хоть что-то из прошлого, то мне было бы легче вспомнить…

Снова вернулась к шкафу, на антресоли которого стояли коробки. Встала на табурет и дотянулась до одной из них. Та оказалась тяжелой и увесистой. Потянула на себя и, не рассчитав силы, выронила ее из рук. Грохот взорвал тишину пространства.

Я вытерла о штаны, вмиг вспотевшие ладони и села на колени, стараясь не обращать внимания на ледяной пол. Из коробки пожелтевшим калейдоскопом на пол вывались тетради, прозрачные пакеты с рисунками и пухлый фотоальбом. Разобрав дрожащими пальцами свою находку, я подхватила альбом и раскрыла его посередине. С чуть выцветшей и жутко пахнущей карточки от полароида на меня смотрела… юная я.