Книга Развод. В логове холостяка, страница 101 – Ксения Хиж

Потрясающе!

Так нежно и трепетно, словно я хрустальная.

Так горячо. Так волнительно остро!

Расстегиваю пуговицы на его рубашке. Целую его в ответ, ловлю жадно губы.

Перебираю пальчиками поросль волос на его груди, веду по стальным мышцам, спускаюсь ниже.

Я даже не помню, делала ли я такое раньше, но мне нестерпимо нужно попробовать!

А потому расстегиваю ремень на его джинсах и ныряю в его плавки пальцами.

Горячий. Твердый. Пульсирующий.

Мой!

Мну как кошка подушечками пальцев, захлебываюсь слюной.

- Мне хочется, - шепчу бессвязно, - попробовать тебя всего.

Он со стоном что-то шепчет, помогая высвободить то, что мне нужно.

И я спускаюсь ниже. Веду губами по его телу, целую живот. И пробую его всего.

И в этот миг я понимаю разницу с болезненной ясностью.

Раньше близость была актом завоевания территории, где я была этой территорией.

Сейчас это разговор на языке, которого я не знала. Каждое его прикосновение, как вопрос. Каждый мой ответ, как открытие.

И когда он, чуть позже, входит в меня, перед моими глазами взрываются искры. Это самый яркий фейерверк в моей жизни!

И мне сейчас все равно, что нет теперь у меня ни дома, ни славы, ни денег, что я, по сути, никто. Что меня обнулили.

Плевать, что на кладбище моё надгробие.

Прошлая я действительно умерла, замурованная в склепе чужих ожиданий и фальши.

Зато сейчас, когда он внутри меня, а я обвиваю его ногами, цепляюсь за широкие плечи, я чувствую, как по моим жилам вместо застывшей крови начинает течь настоящая жизнь.

Я не просто рождаюсь заново рядом с ним.

Я воскресаю через него.

Черезэту боль, которая стала сладкой, через эту уязвимость, которая стала силой.

А по-другому, иначе, при других обстоятельствах, я бы никогда не повстречала его. В прошлой жизни для Руслана не было места.

Я просыпаюсь от ощущения, будто меня вытащили из темной, теплой воды на холодный берег. Осознание приходит не сразу. Сначала я ощущаю вес чужого тела, пригвоздившего меня к матрасу. Тяжелая рука на моем животе, горячее дыхание у шеи. Память возвращается стремительным, сбивающим дыхание кадром: его губы, его руки, его голос, хриплый в темноте, и мои собственные стоны, которые, кажется, до сих пор висят в воздухе спальни. Он во мне, наполняет меня собой, и я цепляюсь за него, со стоном кусаю губы. Мне и стыдно проявлять эмоции, и сдержать не могу, а потому как бы я ни кусала губы, стоны заполняют пространство.

Сейчас я не двигаюсь, замираю, притворяюсь спящей, стараюсь дышать ровно, и все для того, чтобы продлить это волшебство мгновения.

Запомнить.

Потому что я не знаю, что ждет меня впереди. Я уже ничего не знаю. Моя жизнь сейчас слишком непредсказуема.

Вспоминаю мой прежний дом – он смутно всплывает в сознании, подернутый сизой дымкой. Подробностей и даже расположения комнат в памяти нет, но есть тяжелое чувство одиночества и тяжести на груди. Я не была там свободна и счастлива. Я была одинока. Я играла роль жены.

Лицо мужа, который жаждал моей смерти, мелькает перед глазами, и я вздрагиваю.

Ненависть черным ручьем бежит по венам. Я отдала ему столько лет. Точнее не так, он забрал у меня эти годы…

Не думаю, что я злая или мерзкая, внутри я сама благодать, но его поступок никак не заслуживает прощения. А потому мне почти с чистой совестью хочется расцарапать его наглую морду.