Книга Бывшие. Ночь изменившая все, страница 32 – Валерия Брайт

Макс застывает. Его взгляд, ещё мгновение назад ледяной и колющий, меняется, тьма в глазах растворяется, как будто её и не было. Уголки губ едва заметно дрогнули, и всё лицо смягчилось, стало живым, тёплым. Он делает шаг в сторону мальчика, обходя меня.

— Доброе утро, — его голос другой. Тёплый. Низкий, но мягкий, почти ласковый. В нём нет и следа той злости, которой он только что обжигал меня. Господи, этот человек вообще не похож на Ветра, которого я знаю.

Он раскрывает руки, и мальчик, радостно хохоча, разгоняется и запрыгивает ему на руки, словно делал это сотни раз. Макс легко подхватывает его, крепко прижимает к груди, и его пальцы, те самые, что минуту назад больно сжимали мой подбородок, теперь аккуратно, бережно поправляют вихор на голове ребёнка. Ветров чуть склоняет голову и что-то шепчет ему, и кажется, весь кабинет меняется вместе с ним.

Я стою, как вкопанная. «Папа?» — мысль громом гремит в голове. Мне реально не послышалось? Это не может быть правдой. Не может…

Что это за ребёнок?

Почему он называет Макса отцом?

А как же его вечный принцип — никаких детей?

Кто его мать?

Мысли, как голодные вороны, атакуют со всех сторон, кружат, клюют в голову. Всё расплывается, будто я смотрю сквозь толстое стекло. Я ожидала увидеть что угодно в этом доме: оружие, деньги, даже очередную его любовницу. Но только не ребёнка.

— Пап, а почему эта тётя так смотрит на меня? — тонкий детский голосок прорывает мой ступор, заставляет вздрогнутьи снова вынырнуть на поверхность. Перед глазами постепенно проясняется.

— Просто тебя не знает, вот и смотрит, — И снова этота непривычная мягкость в его голосе… — Папе нужно ещё поработать, а ты беги завтракать.

— Нееет, я хочу с тобой… — капризно тянет мальчишка, вцепившись в его рубашку.

Я в ступоре. Просто смотрю на ребёнка. На его глаза. На то, как он сжимает маленькими пальцами ворот рубашки. Внутри всё обрывается. Застенчивый взгляд мальчишки встречается с моим и сердце проваливается куда-то в пустоту.

— Простите… — В кабинет входит женщина в домашней одежде. Она виновато ломает пальцы. — Я не заметила, как он выбежал из детской.

— Замечать — это твоя работа, — холодно отрезает Ветров, и в его голосе вновь слышится тот же металл, что резал меня до этого. Затем он снова как по команде меняется и обращается к сыну:

— Давай так, ты сейчас пойдешь с няней и проследишь, чтобы на стол положили все самое вкусное. Этот процесс нужно проконтролировать. И через пару минут я к тебе присоединюсь. Хорошо?

Мальчишка кивает и Макс опускает его на пол, няня берет его за руку не поднимая глаз. И они выходят из кабинета. Макс переводит свой ледяной взгляд на меня.

— Слушай я не знаю, что ты там себе напридумывала, но я не намерен слушать больше твой бред. Как видишь меня ждут к завтраку. И если у тебя и вправду похитили сына — обратись в полицию.

— Кто, кроме тебя, захотел его забрать? — продолжаю твердить то, что думаю. Правда уже не стой уверенностью что и раньше. — Ты узнал, что он твой, и решил таким образом отомстить мне…

— Я тебе уже сказал, у меня нет твоего сына! — голос его гремит по комнате, резкий, как удар. — Ты вообще слышишь, что я говорю⁈ У меня один единственный сын, Руслан, и ты только что его видела. А твоего у меня его нет! Не-ту! Вали и ищи его там, где потеряла!