Книга Запретная месть, страница 76 – Аймэ Уильямс

— Дай мне коснуться тебя, — выпалила она. Елена повернула голову, пытаясь поймать мой взгляд, но я продолжал целовать её шею, опустив глаза и наблюдая за тем, как мой палец скользит вверх по центру её тела к груди.

— Я уж точно не буду выполнять твои приказы, — прошептал я, возвращая ей её же слова.

Она то ли ожгла меня взглядом, то ли снова закатила глаза, но в следующую секунду моя ладонь накрыла её обнаженную грудь. Пальцы коснулись розового соска и родинки прямо под ним. Я снова прижался пахом к её заднице, и она застонала.

Под моими пальцами сосок затвердел. Теперь обе мои руки ласкали её грудь, а губы не оставляли в покое шею. Она начала плавно двигать бедрами, ударяясь о край комода и снова прижимаясь ко мне. В брюках стало невыносимотесно.

Я почувствовал, как нить натянулась едва ли не до предела и была готова вот-вот лопнуть. Если я сейчас же не возьму себя в гребанные руки, то кончу прямо в штаны.

Но контроль казался штукой недостижимой. Меня лихорадило, мысли путались, и я был уверен, что пальцы оставят синяки на её груди. Но Елена, судя по её стонам, была совсем не против.

В моих ушах стоял её голос, на языке — её вкус, в руках — её грудь, но мне всё равно было мало.

Я вскинул руку, грубо перехватил её подбородок, заставляя повернуть голову, и приник к её губам, ловя стоны наслаждения. Продолжая перекатывать её сосок между пальцами, я вжимался членом в её ягодицы, одновременно глубоко целуя её.

Это было чертовски пошло и грязно, но я продолжал её целовать. До тех пор, пока дыхание не перехватило, а голова не пошла кругом и пришлось оторваться.

Я посмотрел на неё сверху вниз, тяжело дыша; она глядела на меня в ответ, её грудь вздымалась. Губы припухли и покраснели, ресницы намокли. Но руки она не убрала. Она выгнулась, прижимаясь спиной ко мне, и моя ладонь скользнула с подбородка на шею, мягко обхватив её, а затем я поднес пальцы к её рту.

Прижав два пальца к её нижней губе, я усмехнулся.

— Соси.

Сверкнув глазами, Елена взяла мои пальцы в рот; её щеки впали, когда она начала их посасывать. Она выпустила их с характерным звуком, и когда я снова коснулся ими её соска, она зажмурилась и закусила губу, чтобы не застонать.

— Хорошая девочка, —прошептал я ей на ухо. — Вот так.

Я провел мокрыми пальцами по изгибу её груди, вниз по грудине к пупку. И тут я заметил, что на ней мои боксеры.

Она перехватила мой взгляд и её лицо залил румянец.

— Я не могла снова надеть старое белье, — возразила она. — Оно грязное.

Её руки скользнули к краю комода, она заерзала, пытаясь повернуться ко мне лицом. Я снова убрал руки и резко прижал её ладони обратно к поверхности.

— Марио…

Вместо ответа я подался бедрами вперед, прижимаясь к ней, но это не принесло облегчения. Мои руки легли ей на бедра, притягивая её обратно к себе с каждым толчком.

— Хорошо, Елена, — сказал я, видя, как её глаза снова закрываются. Я вздохнул и прижался лбом к её плечу, тоже зажмурившись. — Так хорошо.

Я издал один судорожный вздох и опустился на колени. Елена тяжело дышала надо мной; она переступала ногами, пытаясь разглядеть меня, но из-за моих рук по бокам от неё и её собственных ладоней на комоде она почти ничего не видела.

И это к лучшему, потому что я чувствовал, как мои глаза расширяются, а язык проходится по губам. Я голоден. Мои руки легли на её ноги сзади, скользнули от икр выше. Большие пальцы описывали круги под её коленями.