Книга Запретная месть, страница 148 – Аймэ Уильямс

— Последний шанс, — прошептал я по нашему частному каналу. — Мы всё еще можем тебя вытащить.

Смех Елены был подобен чистому льду и она обернулась, чтобы поприветствовать Энтони, оказавшись в ловушке у служебного входа.

— Ни за что. Пусть узнает, что бывает, когда недооцениваешь беременную женщину.

Следующие несколько минут прошли в мучительном напряжении. Со своего места за мраморной колонной я наблюдал, как Энтони подошел к Елене и за внешним обаянием скрылся хищник. Его глаза следили закаждым её движением, точно охотник выслеживал добычу.

— Елена, — его голос эхом разнесся по мраморному полу. — Ты сияешь, материнство тебе к лицу.

— Энтони, — её улыбка была теплой, но взгляд оставался ледяным. — Какая неожиданная встреча. Я и не думала, что тебя интересуют проблемы детей.

В его ответном смехе не было ни капли тепла.

— О, меня очень интересуют дела детей. И семьи. И я хочу быть уверен, что следующее поколение будет воспитано на правильных ценностях.

Я перехватил едва заметный сигнал между его людьми — они придвинулись ближе и отрезали пути к отступлению.

— Босс, — голос Данте в моем ухе звучал тревожно. — Новые люди вошли через кухню. Как минимум еще шестеро и это не его обычная команда — это специалисты.

Осознание ударило меня, стоило увидеть их построение. Это не просто спецы — это профессионалы, имеющие дело со «особыми» беременностями. Те, кто обеспечивал появление младенцев на свет именно там и так, как того желали их наниматели.

— Что бы ты ни задумал, — произнесла Елена со смертоносной мягкостью и от её тона волоски на моем затылке встали дыбом. — Ты должен знать: я больше не та, кого ты пытался контролировать.

Улыбка Энтони была воплощением спеси Калабрезе — безупречно белые зубы и мертвые глаза акулы, почуявшей кровь. Точно так же улыбался Джонни перед тем, как уничтожить то, что считал своей собственностью. Торжествующе и издевательски, уверенно в своей победе.

— Да неужели? И кто же ты теперь, cara? — он шагнул ближе и мои пальцы непроизвольно дернулись. — Кроме того, что ты мать моего наследника?

— Я та женщина, которая сейчас научит тебя, почему никогда нельзя недооценивать беременную ДеЛука.

Слова повисли в воздухе, словно пророчество и обещание грядущей расправы. Потому что именно такой она и стала — теперь она стала не просто Еленой Сантьяго, не просто светским планером, которого все игнорировали. Она стала чем-то более опасным. Кем-то, за кого стоило сражаться и за кого стоило умереть.

Моя рука крепче сжала рукоять оружия, пока я наблюдал за реакцией Энтони. Его улыбка застыла и начала дергаться по краям, когда до него дошел смысл сказанного.

Елена не просто вынашивала его ребенка и она несла в себе наше будущее. Нашу революцию. А всё то, чего старая гвардия так боялась в следующем поколении.

И Энтони вот-вот узнает, что именно это значит.

В моей жизни уже случались моменты паршивого тайминга. Вроде первой менструации прямо во время танцев в средней школе. Или сломанного каблука, когда я бежала под дождем за такси.

Но роды в самый разгар противостояния с Энтони Калабрезе? Это какой-то запредельный уровень невезения.

Первая схватка обрушилась на меня как раз в ту секунду, когда я заявила Энтони, что я — ДеЛука. Острая, скручивающая боль перехватила дыхание и я сохранила самообладание одной лишь силой воли, не позволяя ему увидеть, как мои внутренности буквально выворачиваются наизнанку. Годы поддержания безупречной маски ради сбора разведданных наконец-то сослужили мне настоящую службу.