Книга Миллиардер Скрудж по соседству, страница 51 – Оливия Хейл

— Я пеку пирог с орехами пекан, — говорит мама. — Хочешь помочь, Холли?

Я дарю ей свою самую яркую улыбку и с головой погружаюсь в рождественские приготовления, убегая от трудных разговоров.

Несколько часов спустя на кухне вкусно пахнет. Я слышу, как папа и Эван спорят о том, как лучше поддерживать огонь в гостиной, и я закрываю глаза, впервые с тех пор, как услышала новости о девушке Адама, чувствуя себя цельной.

У меня есть это. Что бы ни случилось, у меня есть это.

— Когда приедет Сара? — спрашивает мама, прислонившись к дверному косяку гостиной. — Завтра, верно?

Голос Эвана теплый.

— Да, едет на автобусе. Она очень расстроена из-за того, что выходных так мало.

— Нет, нет. Мы благодарны за то, что она вообще смогла приехать, — говорит мама. — В следующем году мы должны пригласить сюда и родителей Сары.

— Спасибо, мама, — говорит Эван. В его голосе слышится терпение, которое принадлежит мужчине, потратившему последние месяцы на подготовку к свадьбе, вечеринки по случаю помолвки и медленное слияние двух очень разных семей. Он останавливается в дверях кухни и смотрит на миску с едой Уинстона.

— Кто последний давал собаке корм?

— Я давала, — говорю я. — Но это было несколько часов назад.

— Он к нему не притронулся.

Мы все осуждающе смотрим на корм. Он все еще там.

Что-то скручивается в животе, и мне приходится сглотнуть комок в горле. Все знают, что происходит, когда собака больше не хочет есть. Когда не хочет играть или гулять.

Мама вытирает руки о фартук. Это нервный жест, но в ее голосе звучит та жеповелительность, за которую я цеплялась, будучи ребенком в трудные времена.

— Думаю, стоит посмотреть, свободен ли доктор Шелли завтра. Лучше сходить к ветеринару.

Эван встречается со мной взглядом.

— Мы все пойдем, — говорит он.

Адам

Что-то не так.

До Рождества осталось два дня, а Холли не сказала ни слова о том, как взволнована. Не присылает фотографии пряничного домика, который планировала украсить, хотя обещала сделать это на прошлой неделе. Также я редко видел, чтобы она выходила из дома, хотя и не хотелось становиться похожим на Марту Сандерсонс с Мэйпл-Лейн, которая смотрела на жизнь соседей так, словно это был самый увлекательный сериал.

Но хуже всего то, что она не отвечает на смс.

Вчера я встретился с Эваном. Мы пошли выпить кофе на Мэйн-стрит, в ту же закусочную, в которой он когда-то работал на летних каникулах. Это было мило. Сердечно и нерешительно, как будто два человека пытаются снова узнать друг друга.

Знаю, причина этой нерешительности — я. Как и тот, чья траектория ненормальна, это не то, чего ожидали окружающие. В его голосе было любопытство, но в то же время Эван казался настороже.

Я чертовски ненавидел это.

Это напомнило о том, как Холли говорила в первый день. Но потом она отбросила неосторожность, как будто увидела, что я все тот же Адам, которого она всегда знала, несмотря на годы, перемены в жизни и шикарную машину, из-за которой я выделяюсь, как больной палец в Фэрхилле.

Я не спросил его о Холли. А он, в свою очередь, не поделился никакой информацией добровольно. Но это вертелось на языке.

«Почему твоя сестра игнорирует меня?»

И вот я здесь, сижу на диване в пустом доме и смотрю на огонь с телефоном в руках. Она занята. У нее семья. Господи, сейчас праздники, и я знаю, что это значит для нее.