Книга Как провести медовый месяц в одиночестве, страница 118 – Оливия Хейл

Он по-прежнему сидит очень спокойно.

— Я также собираюсь следить за тем, чтобы моя отдыхающая "я" появлялась время от времени.

— Правда?

Я киваю и кладу руки ему на плечи. Он раскрывает объятия и притягивает меня к себе на колени. Он теплый и знакомый, даже после такого короткого времени. Мое сердце сжимается.

— Я собираюсь сказать "да" большему количеству вещей. Жизни, — говорю я.

— Увидеть, как вылупляется больше черепашек? — говорит он.

Я киваю, прижимая руки к его груди. Его глаза устремлены на меня, и в них чувствуется интенсивность, которой я не замечала за последние несколько дней.

— И рисковать, — говорю я.

— Хм.

— Что тебе тоже следует делать.

Он поднимаетбровь.

— Мне следует?

— Да. Не забывай о себе в отпуске, когда вернешься в Чикаго.

Он ловит прядь моих волос между пальцами и закручивает ее, не сводя глаз с этого движения.

— Это будет очень трудно, — говорит он.

Мои руки находят верхнюю пуговицу его льняной рубашки. Я расстегиваю ее, затем вторую, чтобы почувствовать под ней тепло его груди.

— Не возвращайся к ней, — шепчу я.

Он резко поднимает на меня глаза.

— Не буду.

— Хорошо, — пробормотала я. — Потому что ты заслуживаешь гораздо большего, чем тот, кто тебе изменяет.

Его руки спускаются к моей талии и крепко сжимают меня, как будто он собирается держать меня на своих коленях вечно.

— Ты тоже, Иден. И ты тоже.

Последнюю ночь на острове я провела в бунгало Филлипа. Обслуживание номеров, напитки и непринужденный разговор, которым я так наслаждалась с ним. Мы занимались сексом на его огромной роскошной кровати, изначально предназначенной для двух молодоженов.

Он целовал меня с сокрушительной силой, а я впивалась ногтями в его плечи, закрывая глаза и думая, как я выживу, если буду вспоминать о нем только в этих воспоминаниях. После этого он прижал меня к себе, и его глубокое дыхание погрузило меня в сон.

Наступило следующее утро, день "Д". День отъезда. Я пользуюсь его душем, прежде чем мы вместе отправимся на завтрак.

— Ты зарегистрировалась? — спрашивает он, и я киваю, налегая на блинчики. — Заказала машину?

— Нет, я попрошу администратора вызвать мне такси.

— Хорошо, — говорит он. — Выбрала место в самолете?

Я улыбаюсь ему через стол. Его темно-синие глаза теплые, а лицо такое знакомое после всех дней, проведенных вместе.

— Ты нервный человек? — спрашиваю я.

Он качает головой.

— Я подготовленный.

— Ну, я подготовилась. Помни, я королева путеводителей. Исследований.

— Верно. Насколько яркая у тебя багажная бирка? На ней есть блестки?

Я высовываю язык.

Он удивленно моргает, а затем тепло усмехается.

— Значит, это "да".

— Ешь свой блинчик, — говорю я. В единственном числе. Потому что это все, что он себе позволил. Вместе с огромной тарелкой бекона и фруктами.

Он улыбается, когда вгрызается в еду.

Время вылета наступает слишком быстро. Бабочки гоняются друг за другом в моем животе, выбивая меня из колеи. Мне кажется, чторазговор еще не окончен. Но я не уверена, что этот разговор мне по плечу.

Мой эмоциональный всплеск прошлой ночью не позволил этого сделать, и сегодня я сосредоточилась на том, чтобы упаковать вещи, поесть и постараться не расплакаться при виде Филиппа.

Я заказываю такси на стойке регистрации, оставляю карточку-ключ в специально отведенной для этого кассе и выхожу с Филиппом из холла. Он молча идет рядом со мной, неся мою сумку. Я смотрю на него краем глаза. Он снова надел свои очки и выглядит высоким и красивым. Как бы мне хотелось оставить его.