Книга Моя идеальная ошибка, страница 121 – Оливия Хейл

Я кончаю под видение нашего медового месяца. Изабель шепчет мое имя, выгибается, а ее прекрасное тело купается в солнечном свете. Это не украденные моменты в спальне. Это медленно, роскошно, наше. Начало чего-то.

И когда я наконец засыпаю, то делаю это с мечтой, что все может стать реальностью.

Утро встречает меня отвратительным настроением.Дети, должно быть, тоже, поскольку Сэм закатывает истерику из-за резиновых сапог. Это раздражает, но пятилетку не убедишь, что все из-за погоды.

Изабель и Мак отводят детей в школу, а я еду в офис на раннюю встречу. Переговоры с европейской компанией, которую Нейт пытается приобрести, но из-за разницы во времени и плотного графика другого времени нет.

Все идет гладко. Насколько возможно, пока ассистент не прерывает меня звонком.

— Констанция хочет вас увидеть.

Ах.

Назначенной встречи нет, а значит причина ее визита только одна.

— Проводите, — говорю я.

Дверь распахивается, и в кабинет входит сестра. Рыжие волосы, из-за которых она так похожа на мать, собраны в строгий хвост. Лицо напряжено.

— Конни, — приветствую я.

— Алек, — парирует она, устраиваясь в кресле напротив и скрещивая ноги, будто готовясь к битве.

— Мне жаль, что ты узнала обо всем таким образом.

Ее глаза сужаются.

— Жаль, потому что хотел сообщить новость сам? Или жаль, потому что никто не должен был узнать?

Так. Значит, разговор будет таким.

Конфликты с Конни всегда были редкостью. Лишь в этом году она начала проявлять ту горячность, которую я замечал с другими.

Я постукиваю пальцами по столу.

— Что на это ответила Изабель?

— Нет, — ее голос становится тверже. — Сейчас спрашиваю я.

— И я не собираюсь отвечать на этот вопрос.

— Не включай режим генерального директора. Это не деловые переговоры.

— Разве не этим ты занимаешься? — спрашиваю я. — Кстати, хорошо получается.

Она качает головой.

— Это я ее порекомендовала. Настояла, потому что думала, что ты будешь хорошим работодателем. Строгим, да. Но не тем, кто воспользуется ее положением.

— Я не пользуюсь ее положением.

— Да, она сказала то же самое, — замечает Конни.

— Что еще она сказала?

Но сестра лишь скрещивает руки на груди.

— Ты не можешь уволить ее, если станет неудобно.

Я прищуриваюсь.

— Я никогда не сделаю этого.

— Хорошо. Отлично. Она сказала, что между вами ничего серьезного.

— Да, — медленно отвечаю я. — Ладно. Хорошо.

— Честно, не знаю, делает ли это ситуацию менее или более странной, — Конни вздыхает. В этом звуке отражается целая гамма эмоций. — Боже. Я просто не хочу, чтобы ты причинил ей боль, Алек. Сейчас ей это не нужно.

— Я не собираюсьпричинять ей боль.

— Мужчины всегда так говорят, а потом делают с точностью до наоборот, — возражает она. — Каковы твои намерения, если это «ничего серьезного»?

— Это сложно, — произношу я.

— Сложно, потому что ты ее работодатель и не хочешь смешивать бизнес с удовольствием?

— Да, — отрезаю я. — Среди прочего.

Есть еще с двадцать причин, одна из которых сидит прямо передо мной.

Конни вздыхает.

— Я знаю, ты не был открыт для чего-то нового со времен Виктории... и знаю, мы никогда не говорили об этом. Но разве ты не думаешь, что она хотела бы, чтобы ты двигался дальше?

Я стискиваю зубы. Это последнее, о чем я хочу говорить. Лучше бы она накричала.

— Скорее всего, — произношу я.

Думать о Виктории — не то, чем я занимаюсь в последнее время. Особенно сейчас, с Изабель. Слишком сложно держать все это в голове и примирить того человека, которым был с ней, с тем, кем являюсь сейчас.