Онлайн книга «Бывшие одноклассники. Училка для миллиардера»
|
– Юля! – От голоса, резко ударившего по ушам, зажмуриваюсь. Петров?! С опаской открываю один глаз и бегло оглядываю кухню на наличие заклятого врага, однако кроме Ведьмы, лениво намывающей лапы на стуле,никого рядом нет. Ну, вот! Галлюцинации! Дожили… – Юля! – Галлюцинация вновь врезается в мою реальность с грациозностью танка. Ведьма зависает с высунутым языком, к которому прилип кусок шерсти. Водит ушами, как локаторами, и презрительно фыркает. Я её эмоции полностью разделяю. Осторожно выглядываю в окно. Не может быть! Хотя о чём это я? Конечно, может! Петров, улыбаясь во все свои белоснежные тридцать два, стоит под моими окнами и орёт на весь двор, как придурошный! Стыдоба какая… Отскакиваю от окна, как ужаленная. Ладно, пускай орёт. Мало ли, какую Юлю этот мартовский кот вызывает… – И-ВА-НО-ВА! – Вновь рушит все мои надежды Ян. – Квартира восемнадцать! ЮЛЯ! На пару миллиметров отодвигаю тюль и вновь выглядываю. – Ага, попалась! А я тебя видел! Выходи! Вот же идиот! Открываю окно пошире и, прищурившись, перевешиваюсь через подоконник. – Что ты орёшь, Петров?! – Я пытался дозвониться, но ты не видела. Задыхаюсь на короткий миг от его наглости. Готова поставить всё на то, что Петров прекрасно понимает причину моего игнора. Но вновь прикидывается дураком ради собственной выгоды. – Я видела и не брала трубку намеренно, потому что разговаривать с тобой не собираюсь! – Я приехал напомнить, что у нас занятие. Видимо, ты забыла. – Никакого занятия сегодня не будет! Езжай отсюда! – Юля! Либо ты спускаешься, либо я поднимаюсь. Только этого мне хватало! В окне справа появляется морщинистое лицо Марьи Захаровны – моей соседки по лестничной клетке. Она у нас знает всё и обо всех, а теперь знает ещё и про Петрова. Глаза Марьи Захаровны с жадным интересом бегают с меня на Петрова, старческие губы складываются в трубочку в предвкушении шоу. А Петров, как известно, силён в спецэффектах. – Ян, я сегодня не могу. Давай мы… Давай встретимся завтра, хорошо? – Нет, не хорошо, – качает он головой. – Так не пойдёт. Мы договорились. Ну что ты, обиделась что ли? Обиделась за то что я избавил тебя от проблемы? – Даже если Роман был проблемой, он был моейпроблемой, а не твоей! Ты не имел права! Так… Так нельзя! Вздёрнув подбородок, отшагиваю от окна. Задёргиваю тюль. Никаких нервов не хватает с этим Яном! Даже его племянник кажется мне не такой серьёзной занозой, как этот взрослыйи, казалось бы, состоявшийся мужчина. Правильно говорят, что первые сорок лет детства мальчика самые сложные… – Юля! И-ва-но-ва! Закрываю лицо ладонями. Это сон, да? Ну ведь не может человек так себя вести. Или?… – Юленька-а-а! – Ну что?! – Высовываюсь вновь, испепеляя Петрова взглядом с высоты третьего этажа. – Уезжай, я прошу тебя! Не позорь меня перед людьми. – Давай лучше так: ты спускаешься, и я не позорю тебя на весь район. Или… – Он делает театральную паузу, закрывает глаза и кладёт руку на сердце. – Юля! Моя любовь! Выйди ко мне, не будь так жестока! Не разбивай сердце бедному арлекину! Марья Захаровна с откровенным укором на лице поворачивает голову ко мне. – Юля, уймите уже своего ухажёра! Он ведь всему дому мешает, ей-богу! Вспыхиваю, заливаюсь краской стыда. – Он не мой… Не мой ухажер! – Хватаюсь за голову. – Петров, заткнись! – А я ещё серенады знаю! – Радостно сообщает он. – Спеть? Тихо молит моя песня о любви к тебе, чтобы ночью серебристой ты пришла ко мне… |