Книга Его молодая жена, страница 55 – Рокси Нокс

— У него ведь четвертая отрицательная? — спрашиваю.

— Да, твоя кровь. Надеюсь, мой сын не вырастит редкостным козлом, как ты, — морщится брезгливо.

Уж пусть будет уверена — воспитаю Кирюху достойным человеком.

— Развяжи путы, и мы забудем о том, что ты сделала и наговорила мне. Слово даю!

Марина недоверчиво разглядывает меня, однако подносит нож и освобождает ноги.

Выжидает.

Думает — побегу? Нет, сижу, спокойно жду, когда освободит руки.

Перерезает веревку на запястьях, и я потираю кожу. Вставать не спешу.

— Где мои брюки? Не поеду же я с голой жопой в больницу.

Марина швыряет в меня одеждой. Зачем вообще сняла? Хотя какой смысл анализировать действия психопатки? В них отсутствует логика.

— А где Кирилл? Можно мне взглянуть на него?

Марина молча кивает на дверь самой дальней комнаты. Позаботилась о том, чтобы сын не услышал, что творит его мать.

Надеваю брюки и иду смотреть на сына. Сердце трепыхается, как птичка в клетке.

Тихонько отворяю дверь и впиваюсь глазами в лицо спящего при свете ночника ребенка. Нет сомнений в том, что он — мой.

Регина

— Андрей, уходим! — тереблю за рукав пиджака Милованова. — Их здесь нет.

— Откуда ты знаешь?

— Мне няня звонила. Они у меня на фазенде. Быстрее, Андрей, там мои дети!!

— Спокойно, спокойно… Я звоню в полицию.

Одной рукой Андрей гладит меня, а другой сжимает трубку. Разговаривает с дежурным полицейским, объясняет ситуацию.

Когда он упоминает Аллу и то, что она хочет сделать заявление, она со страхом пятится. Но потом оседает на кушетку и смотрит в пространство невидящим взглядом.

Но мне сейчас не до нее! Я переживаю за деток.

Первой едет патрульная машина, мы за ними. Пусть они арестуют эту сумасшедшую женщину!

Алла совсем сникла. Про меня и говорить нечего. Смотрю на дорогу, сжимая кулаки.

Едва машина тормозит у моего отчего дома, я выскакиваю и рвусь внутрь. Меня задерживает полицейский. Не пускают.

Бьюсь в истерике, хочу видеть своих детей. Убедиться, что никто не причинил им вред!

Наконец, полицейские, которые первыми в дом, зовут нас.

Вхожу, обнимая себя за плечи. Вижу Полину Георгиевну. На ее руках сладко посапывает Клементина.

На диване лежит Клим, а на нем сидит веселый Кит.

Я облегченно выдыхаю горячий воздух из запекшихся легких. Дети живы, здоровы, а психушки нет поблизости. Паника отменяется.

— Где она?!

— Уехала.

У мужа пластырь на сгибе локтя. Марина добывала кровь для своего сына? Она же медик. Вполне, знает как это сделать.

— Куда? — спрашиваю осипшим от пережитого страха голосом.

— Спасать ребенка.

Сажусь на пол возле дивана и смотрю на сына. Он ерзает на едва живом Климе. Но почему-то не могу ему приказать слезть.

— Зачем вы приехали в мой дом?

У мужа запекшаяся кровь на голове. Стерва его избила?

Андрей дает показания полицейским и уговаривает Аллу тоже рассказать правду. С моего разрешения они уводят девушку в соседнюю комнату. Надеюсь, она примет правильное решение и отправит свою недосестру за решетку.

— Марина меня привезла сюда. Она хотела гарантии, — усмехается горько.

— Мои дети — гарантия?

— Да, она знала, что я ими дорожу.

Его слова вспыхивают во мне нежностью и любовью. Мы оба столько дров наломали, даже вспомнить страшно.

— У тебя в волосах кровь, — говорю сквозь слезы.

— Я знаю.

Встаю и на негнущихся ногах иду к аптечке. Беру все необходимое, встаю перед мужем на колени и лечу его.