Книга Сводный Змей, страница 58 – Рокси Нокс

— Потрогай пальцами себя. Ты влажная?

Без пререканий исполняю приказ, и проверяю.

— Да, я очень мокрая.

— Черт, — выругивается и что-то у себя роняет.

— А ты что делаешь? — спрашиваю.

— Наслаждаюсь вместе с тобой.

То есть дрочит, да? Но почему-то меня сейчас это не возмущает, и я не считаю его грязным извращенцем. Ночь, тишина, его голос-сексапил и штука, которая вот-вот доведет меня до оргазма…

— Я сжимаю твою грудь… Обе груди свожу вместе и целую их одновременно.

Да он шалун…

— А потом что? — спрашиваю, прерывисто дыша.

— Потом я развожу тебе ноги своими коленями. Очень грубо, потому что я пиздец как сильно хочу оказаться у тебя внутри.

Боже, как пошло и откровенно звучит, но действует безотказно.

— Вставь два пальца в себя, — требует.

И я вставляю, выгибаюсь, стону и шепчу ему:

— Артем… Я кажется…

Меня пронзает огненная вспышка. Меня трясет, ноги дрожат, голос исчезает.

— Малыш, ты просто супер, — шепчет он странным голосом, и я понимаю, что он тоже только что кончил.

Молчим, минуты идут. Тяжело и сипло дышим, собирая себя по атомам. Если он сейчас отвесит какую-нибудь шуточку, я его убью, клянусь. Но Змею, похоже, сейчас до шуток. Он, как и я потрясен.

Артем

— Малыш, ты просто супер, — хриплю в трубку и кончаю в полотенце.

Охренеть! Что за крышеснос?? Давненько моя рука не приносила мне столько удовольствия. Но дело, конечно, не в руке, а в том, что Элька висит «на проводе», и я слышу ее хриплое дыхание, слышу её оргазм.

— Я делала это впервые, — признаётся она, нарушив тишину.

— Тебе понравилось, — констатирую факт. И пусть не брешет.

— Я не думала… что это так…. приятно.

— Можешь повторить сама. И не единожды.

— Посмотрим, — говорит лукаво.

Чувствую её счастливую улыбку. Бляха, ну почему я не рядом? Обнять её, поваляться с ней в постели, поцеловать… Приходится лежать у себя и изнывать от желания прикоснуться к классному телу. Фотка в журнале уже не помогает.

— Завтра ты будешь жить у меня, — говорю, стараясь скрыть мечтательные нотки в голосе.

— Но-но, я буду гостить в доме твоего отца. Хотя могла бы остаться у себя в квартире.

— Бабка серьезно будет с нами?

— Да, без шуток.

Она, конечно, милая старушка, но чересчур надоедливая и курит, где попало.

— Нужно будет отнять у неё сигареты, — говорю я и тянусь за ножницами.

— Она без них никуда, — хихикает, — плотно подсела на курение.

— Отучим. А то наш дом спалит.

— Удачки тебе с этим, — хихикает.

— Хочу поскорее тебя увидеть, — вырывается у меня.

Фотка фоткой, но мне нужна она настоящая. Вырезаю из журнала снимок и временно вешаю на стену.

— Надеюсь, в той комнате, где я буду жить, есть щеколда? — интересуется Элька.

— Не дождешься.

— Ты не посмеешь.

— Посмею.

— Залезешь ко мне в постель?? — возмущенно.

— Ты сама ко мне залезешь. Или попросишь, чтобы я залез к тебе.

Провожу пальцем по тонкой глянцевой бумаге — какая же она красивая, что сейчас, что в семнадцать лет.

— Что?! Ага, ну да, мечтай дальше.

— Спорим?

— Опять спор? Змеевский, тебе не надоело? Детство в жопе играет?

— Ладно, больше не будем спорить. Будем дружить.

— Ага, — скептически, — дружить постелями?

— Заметь, ты сама это сказала.

— Вырвалось, не успела подумать.

— Всё, будем дружить постелями. Договорились!

— Артем, прекрати. Ты всё портишь своей настойчивостью.

— Да? То есть мне надо от тебя отстать? Дать тебе возможность за мной побегать?