Книга С любовью, Луна!, страница 2 – Лина Мак

— Да что хорошего? Я так ещё больше устану.

— Ну да. Ещё больше. — интересно, а когда я устану?

— Мама, я уже не могу терпеть. — дверь начинают дёргать.

— Слушай, нужно будет новый замок поставить на дверь в ванную. А то что-то этот уже разболтался.

— Давай в следующем месяце, сейчас же у нас всё распределено уже.

— Хорошо.

— Мама-а-а-а!

— Да иду уже! — всё-таки не выдерживаю и повышаю голос. — Ладно, мне ещё нужно отправить отчёт и успеть составить анкеты для опросников. — что на больничном, что нет.

— Ладно, давай, целую тебя.

— И я тебя.

Открываю дверь, и меня чуть не сносят.

— Я первая, выйди.

— Нет, я!

— Я здесь первая стояла.

— Нет я-я-я-я-я-я!

— Закрыли рты. — говорю спокойно, но меня не слышат.

Значит, действуем по старинке. Беру среднюю за руку и вытаскиваю с ванной, закрываю дверь.

— Стоишь здесь и ждёшь своей очереди.

— Я первая была. — и слёзки размером с виноград капают из самых «честных» глаз, помогая хозяйке «давить на жалость».

— Не работает. — качаю головой в разные стороны и аккуратно стираю эти слёзки.

О чудо… глазки высыхают моментально.

— Ну-у-у-ума-а-ам. — такой тяжёлый вздох, как будто сильнейшее разочарование, что мать не повелась на слёзы.

— И для справки: первой была я.

Разворачиваюсь в сторону кухни. Сын стоить на табуретке возле плиты и тянет на себя чайник с самым серьёзным видом.

— Я буду пить чай.

Резкий рывок в его сторону, потому что замечаю — перестарался всё-таки сынок: чайник переворачивается, крышка слетает, и вода начинает выливаться на пол, мне под ноги.

Мирон в полёте только и успевает сказать.

— Ой, мама, я чайно.

Пара долбанных секунд и полкухни в воде, хоть не кипяток, что определялось опытным путём.

Смотрю на пол, потом на сына, сзади слышу тихое шушуканье девочек.

Я же всё равно собиралась стирать этот коврик, вот и повод появился.

Сейчас валерьяночки с пустырничком накапаю себе и приступлю.

Пиликает телефон: «Жду отчёт»

— Да вашу ж…

Сгребаю коврик одним рывком. Выношу на улицу: полежишь пока здесь. Беру тряпку, чтобы промокнуть пол.

Но сын уже помогает. Полотенцем, банным, моим…

— Девочки! Заберите Мирона и поиграйте с ним, пока я уберу.

И-и-и-и, тишина.

— Девочки! — зову громче. Вдруг у всех резвая глухота наступила?

— Мироша. Пойдём играть. — за спиной появляется старшая Ксюшка.

— Нет!

— Мирон! — уже повышаю голос, потому что моя работа стоит, а если здесь не уберу, то кухня превратится в поле боя после наводнения.

А мы только заказали новую мебель. И пока она приедет, то нужно ещё поберечь эту фанерную «красоту».

— Мироша. — вот и Катюха голос подала

— Неееет!

Ну, конечно, нет! Как же он пропустит такую уборку. Можно же намокнуть во всех мыслимых и немыслимых местах.

— Поднимай-ка ты дружок свой попец и вали к сёстрам в комнату.

Беру сына за руку и вытаскиваю из кухни. Закрываю дверь и начинаю быстро распределять всё: в мойку складываю всю грязную посуду, заливаю, пол вытираю максимально сухо, чтобы никто не упал. Кота на улицу, пускай подышит. Делаю кофе и иду доделывать отчёт. Может, хоть этот выпью горячим.

Наверное, нужно музыку включить, так хоть не буду слышать крики. Хотя бы пока доделаю работу.

'…Я тебе поставлю лайк-лайк-лайк

Я тебе поставлю лайк-лайк-лайк…'

— Вот же зараза.

Музыка отменяется. Мой плейлист опять перелопатили мои талантливые детки. Выключаю всё и уже не сдерживаюраздражение.