Книга Любовь без памяти, страница 7 – Олли Серж

— Обморожение? — Подсказывает Демид обеспокоенно. — Потеря крови?

Меня крутят, осматривая со всех сторон и раздевая до белья.

— Больше похоже на то, что упал сахар, — говорит врач, ощупывая мой живот.

— Это от тошноты?

— Нет, — строго отвечает Андрей. — Это от голода. В желудке у вас, барышня, — смотрит мне в глаза, — абсолютно пусто. Вакуум.

Дальше он обрабатывает и стягивает пластырем рану на моей голове.

— Лучше бы обрить, конечно, — вздыхает. — А то скатаются.

— Нет! — Дергаюсь я.

— Спокойно. — Отвечает. — Пока не будем. Сапсай, — поднимается, переводя внимание на Демида. — Если завтра утром ей не станет лучше, то придется ехать на МРТ. Сотрясение есть однозначно, но сопутствующих признаков для госпитализации или беспокойства я не вижу. Рекомендации напишу.

— Спасибо тебе большое, — провожает его к дверям Демид.

— Поправляйтесь, — кивает мне на прощание Андрей. — И если что, — добавляет многозначительно, — вы, Люба, всегда можете меня найти на территории монастыря в лавке.

— Спасибо… — шепчу удивлённо. Чего это он?

Мужчины уходят на улицу. Я навостряю уши, понимая, что сейчас они там говорят обо мне.

Но из-за лая собаки услышать ничего не удается.

«Муж» возвращается в дом примерно через десять минут. Уходит на кухню, наливает воды и приносит мне таблетки.

— Это нужно выпить.

— А что мне назначили? — Не спешу я принимать белые капсулы.

— Здесь только антибиотик, обезболивающее и витамин С. Остальное куплю завтра в аптеке. Так… — суетливо оглядывается Демид по сторонам. — На ужин у нас будет жареная картошка с беконом. Ты не против?

Пожимаю плечами, понимая, что вопрос риторический. Я не против. Против можно быть только еслиможешь сделать сам.

А я даже сходить в туалет и душ не могу.

Кстати, о нем…

— Ты обещал сводить меня помыться, — напоминаю.

Тело чешется от пота.

— Тебе нельзя мыть голову, — предупреждает Демид. — Может быть, лучше утром? А сейчас ты просто поужинаешь и поспишь?

— Нет… — мотаю головой. — У меня от косметики щиплет глаза и кожу всю стянуло. Под ногтями кровь.

— Хорошо, — вздыхает Демид. — Будет тебе душ.

Он стаскивает одеяла вниз и подхватывает меня на руки.

Я вскрикиваю от того, какой Демид по сравнению со мной большой и сильный.

— Больно сделал? — Хмурится он, вглядываясь в мое лицо.

— Нет, — закусываю я губу. — Просто… необычно. На руках… Я бы сама дошла.

Хмыкает. Укутывает меня в шубу и молча несёт к выходу из дома.

— Зачем нам на улицу? — Не понимаю я.

Но Демид надевает ботинки и толкает спиной дверь.

К нам на встречу подскакивает собака.

— Летта, место! — Строго осаживает ее «муж» и выходит со мной на крыльцо.

Снег мелодично скрипит под его ботинками. Дыхание превращается в пар. Холодно…

— В доме нет душа? — Доходит до меня, когда в поле зрения появляется небольшой домик с трубой. Часть его выложена кирпичом, а другая полностью сложена из бруса.

— Абсолютно верно, — кивает Демид. — Это ты тоже забыла? Мы моемся в бане. Тебе нравится.

Я забыла! Мне нравится? Какой кошмар! Да я даже представить себе не могу, что жила в доме, где выйдя из ванны, тебе потом ещё нужно бежать на мороз.

Может быть, именно поэтому мы поругались? Потому что я не хотела так жить?

Сейчас ещё окажется, что там печка и дырка в полу. Тогда я, пожалуй, убегу ещё разок.

Но к моему облегчению баня оказывается вполне современной и очень чистой. С бочками над душевой, холодным чаном, водопроводом и небольшой комнатой отдыха рядом с дверью в парную. Здесь даже имеется холодильник под вино и пиво.