Книга Даже если ты уйдешь, страница 17 – Лия Султан

— Потерпевшая предоставила заключение судебно-медицинской экспертизы. Синяк на лице, резко повысилось давление — она утверждает, что вы таскали ее за волосы и вырвали их. Ну это я сам видел по видео.

— Это был шиньон, — уточнила Эсми. — Вы серьезно думаете, что я могла вырвать ей конский хвост?

— Что такое шиньон?

— Накладные волосы. В ее случае, хвост. Он крепится на клипсы.

— Разберемся. Далее, от удара она упала на землю. Это вызвало у нее кровотечение. На скорой гражданка Манзурова была экстренно доставлена в Больницу скорой неотложной помощи с угрозой выкидыша, — ровным тоном произнес дознаватель.

— Какой у нее срок?

— Так, срок, — он порылся в своих бумагах и нашел нужную. — Срок — 8 недель.

— Два месяца, — глядя в одну точку, повторила она. — Значит, он начал изменять с ней еще раньше.

— Кхм-кхм, — прокашлялся Аскаров, вернув ее в реальность. — Потерпевшая утверждает, что в первый раз вы ее ударили еще в примерочной, далее выволокли за волосы и протащили по рядам.

— В примерочной я ее не била, —возразила Эсми. — Это неправда.

В этот момент стационарный телефон на столе дознавателя неприятно запищал. Мужчина взял трубку и через несколько секунд ответил: “Пусть войдет”.

— Адвокат к вам пришел. Звонил с проходной.

Сердце Эсмигюль учащенно забилось, когда она поняла, что это дядя Вики — Герасим Андреевич. Пока Соня везла ее до УВД, она позвонила Кимской и всё ей рассказала. Видимо, Вика сразу же прислала своего дядю Геру. Через минуту он уже был в кабинете, подошел к дознавателю, представился адвокатом Эсмигюль и пожал руку Аскарову.

— Герасим Андреевич, — женщина встала со стула и посмотрела на него с надеждой.

— Здравствуйте, Эсмигюль. Не волнуйтесь, разберемся.

* * *

Спустя час Эсми вышла за ворота УВД в сопровождении Герасима Андреевича и обомлела. На тротуаре стояли человек десять, а то и больше ее родни. Дяди, тети, братья, Соня, Вика и…родители с родным братом.

— Вон она вышла, — крикнула Виктория, которая первая увидела подругу.

По толпе прокатился вздох облегчения. Эсми побежала к родителям и сразу же попала в объятия матери и отца. Она только теперь расплакалась, расклеилась, став вновь маленькой девочкой, которой очень нужна защита взрослых.

— Апа, дада, простите меня. Я опозорила вас…

— Ну что ты говоришь? Всё, всё, кызым, — Насиба гладила дочь по спине, а Хамза по волосам. — Правильно сделала, что ушла.

— Ты мне предлагала уйти, я не послушала, — всхлипнула Эсми. — Надо было сделать это еще раньше.

— Дядя Гера, — Эсми услышала над головой голос подруги. — Что сказали-то?

— Всё под контролем, дело административное, — ответил адвокат. — Женщина в больнице, но я бы запросил консультацию независимого судмедэксперта.

— Она беременна, — еле выдавила из себя Эсмигюль. — От Имрана.

И вновь вся толпа родственников недовольно загудела. А через несколько секунд кто-то из братьев выкрикнул его имя. Эсми обернулась и увидела своего пока еще мужа. Оставив их машину на другой стороне улицы, он перебежал дорогу и направился именно к ней. Был при этом мрачнее тучи.

— Я приехал, как только узнал, — сказал он.

— Чтобы что? — выпалила она. — Позлорадствовать.

— Нет, — процедил Имран сквозь зубы. — Я попрошу Хабибу забрать заявление.

— Даже не слышать имя твоей беременной любовницы, — вспылила женщина наглазах родни.