Книга Остаюсь твоей, страница 33 – Лия Султан

- Здесь мама, - прошептал он охрипшим голосом. – Что ты еще знаешь?

- Её тётя сказала, что все произошло очень быстро. Их с мужем не было в городе, а когда они приехали – всё, Ясю выдали замуж. А отец ее в больнице с инфарктом.

Они встречались больше года. Он берег ее, как редкий цветок, потому что она такой и была – прекрасной, удивительной, уникальной. Но один человек за несколько дней присвоил её себе. И он ненавидел этого человека всей душой.

- Мам, мне надо идти. Я и так долго разговариваю. Лёше привет передай, - сухо сказал он.

- Тёма…

- Все, мам, отключаюсь.

Артём крепко сжимал телефон в руках. Казалось, стоит сдавить кулаки сильнее – и он раскрошится. Парень посмотрел в зеркало и ужаснулся: в отражении он видел не себя, а демона, в глазах которого столько ненависти и огня. В них плясали черти, а сам он будто спустился в преисподнюю, и совсем скоро будет гореть на костре. Нет, он уже горел: сердце и душа охвачены пламенем. Ничего не потушить, только смотреть как тлеет. Артём тяжело дышал, а затем вдруг поднял руку и принялся со всей силы бить телефоном по зеркалу. Он страдал, кричал, выл и бил, бил, бил со всей дури. Осколки разлетались в стороны, один даже ранил его. А Тёма ничего не чувствовал и продолжал.

Потом он переключился на дверь и начал стучать по ней кулаком, сбивая костяшки в кровь. Перед роковым звонком он закрылся в туалете. А теперь до него доносились крики:

- Что за х**ня? Чё он там делает? – кричал прапорщик.

- Тёмыч, ты чё? Открой дверь! - просил друг Кайрат.

- Бл**ь, понаберут психованных, а нам потом расхлебывать, - рычал военный, - Ё* вашу мать, он дверь изнутри закрыл. Асылбеков, Медетов давайте выбивать, пока он что-нибудь с собой не сделал. Назаров, успокойся! Слышишь меня?! Что у тебя там?

Но вместо этого все те, кто пытался вышибать дверь, услышали протяжный крик парня, который до сегодняшнего дня казался всем спокойным и уравновешенным. Он и был таким всегда, но сегодня все перевернулось. Наверное, так сходят с ума. Вулкан, дремавший все это время, проснулся и взорвался.

- Мать вашу! – кричал прапорщик. – Давайте быстрее. Чё как девки, позорники?

Дверь, наконец, поддалась, и ребята буквально смели с ног Артёма и прижали к холодной кафельной стене. Он продолжал кричать.

- Под кран его! Живее! – скомандовал прапорщик.

Кайрат и Улан схватили парня и сунули его голову под струю холодной воды. Только так удалось утихомирить Тёму. Он вырвался из цепких рук друзей, отскочил к стене и медленно сполз на пол. Парень дрожал – не то от неожиданного ледяного душа, не то от последствий настоящей истерики, которую переживал впервые. А от того, что все его мечты и надежды разом разбились. Ему казалось, что не осталось больше ничего, что держало его и вело вперед.

Три пары глаз смотрели на него, не отрываясь. На шум прибежали и другие солдаты. Все толпились у туалета и молча ждали, что будет дальше.

- Назаров, что за светопредставление, твою мать? – гневно спросил прапорщик.

- Ее украли, - еле выдавил Артём.

Кайрат с Уланом переглянулись.

- Твою Ясю? – спросил Кайрат и Тёма кивнул.

Прапорщик – плотный мужик лет сорока, казалось, сменил гнев на милость и тяжело вздохнул.

- Невеста что ли? – мужчина посмотрел на друзей Артема. – Б***ь, опять баба. Когда вы все успеваете, вы же только со школы? - он почесал голову, решая, что теперь делать с Назаровым.