Книга А мы любили, страница 82 – Лия Султан

— Дай мне, — мужчина протянул руку, взял лист и сам пробежался по нему. — 99, 998 %. Посмотри свой результат.

Очнувшись, Камелия схватила второй конверт, распечатала его и тоже прочитала результаты вслух:

— Вероятность родства 99, 7%

Бросив лист на стол, Камелия схватилась за голову. Почти минуту отец и дочь сидели в полной тишине, переваривая свалившуюся на них сладко-горькую правду.

— Значит, Алишер — сын Закира, — все-такисказала она. — Но как, папа? Она забеременела через год после его смерти? Ты же понимаешь, что здесь только один вариант? — взмахнула ладонью.

— Я уже говорил об этом с детективом. Он, оказывается, в теме, — горько усмехнулся он. — Но Лев сказал: все, что попадает в клиники репродуктологии — строго конфиденциально. И если Закир сдавал биоматериал, то мы сможем это выяснить только в рамках расследования уголовного или административного дела. А у меня ничего нет на Риану, — ударил он кулаком по столу. — Что я могу ей предъявить? Роман с моим девятнадцатилетним сыном? Да меня засмеют!

Камелия схватилась за голову.

— Зак мог добровольно сдать биоматериал, — от осознания возможной роковой ошибки брата ее всю словно током прошибло. — Ну, конечно, пап! Он же сказал: “Я все сделаю ради тебя”. Ты понимаешь, что у нее сейчас развязаны руки? Если его материал заморозили в клинике и у нее есть к нему полный доступ, она может сделать еще одного Алишера?

— Ты права, — откинувшись на спинку стула и ослабив узел галстука, согласился Даниал. — Но меня сейчас волнует другое: как сказать обо всем маме? Она должна узнать, что Алишер — биологический сын Закира.

— Боишься, что она не справится? — Камелия встала из-за стола, подошла к отцу сзади и обняла его за плечи.

— Боюсь, — Даниал дотронулся до ладоней дочери. — Она сейчас все еще слабая и уязвимая.

— Давай я скажу. Все равно к ней собиралась.

— Нет! — тут же отрезал отец. — Я сам.

— О как, — округлила глаза Камелия, когда папа к ней повернулся боком. — А что у вас с мамой?

— А что у нас с мамой?

Дочка прищурилась, склонив голову набок.

— Помирились что ли?

— Пока нет. Но я в процессе.

— Даже так?! И как?

— С переменным успехом. Вчера гуляли в парке рядом с ее домом, — отчитался Даниал, опустив эпизод в прихожей, когда прощаясь, он снова поцеловал Джамилю, а она ответила ему, и на этот раз обняла за плечи и прижалась крепко, будто не хотела отпускать. А он не хотел уходить и будто вновь стал тем молодым мечтателей, который когда-то провожал двадцатилетнюю Джаму до подъезда и никак не мог с ней расстаться.

После разговора с дочерью он хотел бежать к бывшей жене, но не судьба — к не приехала сестра. А Даниал уже понял, что Галия точит на него зуб и не хотел лишний раз пересекаться сней. Зато ему позвонил тот самый Лев Захаров и сказал, что он, наконец, готов все рассказать.

На следующий день Лев приехал в офис Даниала и положил на стол досье на Риану и макбук Закира.

— Что-нибудь получилось с ним сделать? — спросил Даниал с надеждой.

— Получилось, — кивнул Лев. — Знакомые айтишники взломали облако вашего сына. Я попросил все залить в отдельную папку на Рабочем столе.