Книга Две жены моего мужа, страница 98 – Лия Султан

К Линаре не еду. Я вообще после выписки больше ее не видел, но теперь чувствую, что надо. Надо поставить точку и помочь ей. Именно поэтому я позвонил психиатру Андрею Кривицкому и попросил приехать к ней завтра вечером. Ей правда пора лечиться, но я не могу вывести ее на улицу — она не в себе.

А пока…пока я приехал к своим девочкам. Знаю, что Зара опять будет колючей, как еж, а вот Диля, когда болеет всегда зовет меня. Дверь мне открывает Нурия и сходу улыбается, как самому дорогому гостю.

— Карим! Как я рада! Столько тебя не видела!

Приобнимаю ее за плечо и тяну носом: она пахнет домашней выпечкой. Сразу вдруг стало уютно и спокойно, как в старые добрые времена.

— Я тоже очень рад, Нури!

— Девочки в детской, — будто мои мысли прочитала.

— Побегу к ним.

— Беги-бегискорее, — довольно повторяет она.

А я лечу наверх, перепрыгивая через ступеньки. Тихонько открыв дверь, замираю у порога, потому что все выглядит так, будто я никуда от них не уходил. Зара гладит спящую Дилю по волосам. У дочки на лбу компресс, чтобы быстрее сбить температуру. Жена не слышит, как я вошел, но через пару секунд чувствует мои шаги за спиной и оборачивается.

— Карим? — шепчет она.

— Как она? — наклонившись, кладу ладонь на плечо Зары.

— Только уснула. Дала ей жаропонижающее.

— Я могу посидеть с ней.

— Хорошо, — поднимает на меня усталые глаза. — Только сначала нам надо поговорить.

Зара встает, поправляет легкое стеганое одеяло, которым укрыта Дильназ, и взглядом указывает на дверь. Мы выходим с ней в коридор и только здесь я замечаю на ее красивой длинной шее пластырь.

— Что с шеей? — глупый вопрос, ведь я и так знаю ответ.

Зара закрывает белую полоску волосами и складывает ладони в молитвенном жесте.

— Карим, я умоляю, сделай уже что-нибудь. Сегодня она пришла ко мне, а завтра придет в школу к нашей дочери.

— Прости. Я не предугадал. После того, как я привез ее из роддома, больше не заезжал.

— Она считает, что я украла ребенка, чтобы разлучить вас, — с горечью произносит она. — Я не знаю, что это: мания преследования, шизофрения или что–то еще, но сейчас она опасна для общества. От нее не осталось ничего от прежней Линары.

— Знаю. Я решу этот вопрос, не волнуйся.

— Я надеюсь, — Зара сделала шаг к детской, но я остановил ее, взяв за руку.

— Постой! Скажи мне, что там делал Аслан?

— Карим, ты не о том думаешь, — вздыхает жена.

— Просто ответь. Или я поеду к нему и спрошу напрямую.

— Аслан уезжает в Арабские Эмираты. Ему предложили работу. Он приехал попрощаться.

— Как вовремя, — хмыкнул ехидно. — Пока у нас идет внутренний аудит, он решил быстро сбежать из страны.

— Почему ты так говоришь? — в ее глазах застывает вопрос. — Ты его подозреваешь в чем-то?

— Возможно.

— Нет, не может быть. Он не такой.

— А ты что знаешь, какой? — вспыхиваю, как спичка.

— Это ты должен знать, — пожимает она плечами. — Ты же с ним дружил.

— А я вот не знаю, — развожу руками. — Оказывается, я ни о ком ничего не знаю.

Зара неотрывно смотрит и хочет возразить, но так и не делает этого. Хорошо ведьизучила мой характер.

— Посижу немного с Дилей, пока не проснется, — меняю тему и иду в детскую.

***

К Линаре приезжаю с небольшим опозданием и всячески извиняюсь перед доктором. Все-таки дочка знает, как вить из меня веревки. То она просьба, то другая и я забыл о времени. Но Андрей Владимирович, к счастью, приехал за пять минут до меня. Поэтому к Лине мы поднимаемся вместе. Она открывает дверь и сходу бросается мне на шею.