Книга Однажды 30 лет спустя, страница 89 – Лия Султан

— Я не знаю. Она просила меня ничего не предпринимать, не называла даже их имен. Лев нашел всех через ее подругу. Она у меня с характером, кремень. Если узнает, что я сделал, реакция будет непредсказуемая.

Несколько мгновений тишины. Джамиля думает, сжимая в руках кусочек бинта.

— Если ты встал на этот путь, Игорь, то назад дороги нет. Ты хотел наказать, но жизнь все расставила по своим местам. Я думаю, Лизе будет важно узнать, что она отомщена.

Лиза

Весь день места себе не нахожу, вспоминаю нашу утреннюю ссору, мое нетерпение, помноженное на вспыхнувшее чувство неполноценности. Я ведь прекрасно понимаю, какие женщины раньше окружали Игоря: моложе, раскрепощенней в постели, образованные. Даже судя по Жанне, дурочки с переулочка ему никогда не были интересны.

И тут я. Немолодая, зажатая, фригидная, еще и без высшего образования. У меня только парикмахерские курсы в Уральске и периодические повышения квалификации на мастер-классах. Вот и все. Он со мной возится, хочет сделать, как лучше, а что сделала я? Включила обиженку. Потому что мне страшно, что я не дотягиваю.

Как же сложно ты, Лиза, устроена.

И все-таки он обиделся, потому что за весь день ни одного звонка и ни одной строчки. Я вся на нервах, даже из дома не выходила, ждала. Еще прогенералила, потому что уборка освобождает голову от дурных мыслей, помогает все расставить по полочкам.

Игорь приходит, когда за окном густеют сумерки и во дворе зажигаются фонари.

Я встречаю его в прихожей, держу дверь открытой и виновато смотрю на него, когда переступает порог.

— Привет, — вздыхает он, вытирая подошвы ботинок о коврик.

— Привет, — смотрю, как он закрывает дверь и замечаю повязку на кисти. — Игорь!

Всего пара шагов и я уже рядом, пытаюсь взять его за руку, но он не поддается.

— Игорь, дай посмотреть, — требую я. Он не сопротивляется, когда я все-таки хватаю его и беру его ладонь в свою. — Это что такое? Где ты поранился?

— Производственная травма, — короткая усмешка мне совсем не нравится.

— Где? На объекте? — допрашиваю его, пока разувается и раздевается. — Ты можешь мне нормально объяснить? Я весь день за тебя переживала. Ты не звонил, я думала, до сих пор на меня злишься.

— Я не злюсь, Лиз. Не злюсь.

И вдруг меня как обухом по голове ударило. А ведь это уже было в нашей далекой юности. Пришел ко мне также, только без повязки. Костяшки сбиты в кровь, фингал под глазом. Дрался с пацанами за честь школы. Я тогда обиделась на него, что вообще пошел, поддавшись стадному инстинкту. А он мне: “Да вы девчонки ничего не понимаете. Я за честь школы стоял, а не постоял бы с остальными, был бы как черт. А никто не хочет быть чертом”.

— Ты что подрался? — округлив глаза, поднимаю их к нему.

— Не совсем. Пойдем, поговорим.

Игорь берет меня за руку и ведет на кухню. Я послушно следую за ним, сажусь за стол, он располагается напротив меня и складывает пальцы в замок перед собой. Не могу отвести взгляд от бинта. Не моргаю даже и не дышу.

— Что случилось, можешь мне, наконец, объяснить?

Пару мгновений молчит, смотрит на свои руки, затем мажет по мне взглядом, в котором помимо любви плещется сожаление и ярость. Я помню этот взор — точно как в первую нашу встречу после долгой разлуки, когда он был уверен, что я предала его и сбежала с другим.