Книга Однажды 30 лет спустя, страница 80 – Лия Султан

— Пусть будет так. Иди ко мне, — тяну его за руку и он быстро оказывается на мне.

— Одуванчик, — целует, проникает языком в рот и вырисовывает там узоры.

Все, что он делает со мной после, похоже на то, о чем я читала. В нем сплетены нежность, неистовое, почти первобытное желание, страсть. Он пробуждает во мне другую женщину — ту, что много лет спала и ничего не знала. Не хотела знать.

Наконец, он разводит мои колени шире, устраивается между ними и входит до упора.

Громкий стон нарушает тишину в спальне. Я больше не сдерживаю себя. Хочется кричать — и я кричу. Хочется царапать его — и я делаю это.

— Игорь, Боже! Да… да…

— Да? — он, кажется, своим ушам не верит.

— Да, как же хорошо, — тянусь к нему, целую сама, ощущаю, как воздух нагревается и по вискам течет пот.

С каждым толчком меня лихорадит все сильнее. Внутри обжигающий огонь растапливает лед. Он плавится, превращается в кипяток и несется по венам.

— Хорошая моя, любимая моя…

Его глухие стоны и шепот над ухом завораживают, будто оглушают.

— Мой, — произношу на выдохе и обвиваю руками его шею.

В следующий момент он меняет не только угол, но и темп, вбивается сильнее, двигается быстрее. Прислушиваюсь к ощущениям и с удивительной радостью осознаю, что внутри что-то неизведанное закручивается в спираль. Сладостное напряжение растет, стоны становятся чаще и громче. Игорь приподнимается на вытянутых руках, бескомпромиссно несется вперед и просит:

— Давай, Лизок. Давай, прошу тебя, милая.

— Да… Да… Игорь, — повторяю словно в бреду, следуя за ним, закатывая глаза от наслаждения и восторга.

Еще несколько секунд, как вдруг до предела натянутая струна рвется внутри. В тот же момент меня разрывает на части. И это очень похоже на чудо, на теплый свет, что затапливает прежде холодное, твердое чрево. Мое тело дрожит от невероятного удовольствия и именно в этот миг в небе вспыхивают огни фейерверка.

Игорь не выходит, а все еще лежит на мне и, уткнувшись в мое плечо, тяжело дышит. Молчим. Ладони блуждают по его спине, скользят вверх и я уже подключаю пальцы, которыми поглаживаю затылок так, как ему нравится.

— Еще же не полночь. Откуда фейерверк? — глухо спрашивает он, оставив поцелуй на коже.

— Соседи из дома напротив уже который год запускают раньше. Это традиция, — отвечаю, улыбаясь.

— Хорошая традиция. И как вовремя.

Игорь чуть приподнимается, смотрит мне в глаза и мы одновременно начинаем смеяться.

— Нарочно не придумаешь, да? — говорит он, уткнувшись лбом в мой лоб.

— Буквально показал мне небо в алмазах.

— А ты же увидела?

— О да, еще как!

Он победно вздыхает, переворачивается на спину, тянет меня к себе и укладывает на руку. Довольный, как слон, по-прежнему горячий, потный, счастливый и такой родной.

— Я тебя люблю, — признаюсь ему первая. Наверное, даже в первый раз. А просто потому что захотелось, просто потому что занимаясь с ним любовью, я испытала такое наслаждение, которое ни с чем не сравнить.

— И я тебя люблю. Давай, может, съедемся? — неожиданно предлагает Игорь.

— Не знаю, — переворачиваюсь на живот и ловлю его взгляд. — Так быстро?

— А ты предлагаешь еще тридцать лет ждать?

— Нет, но это неожиданно.

Его ладонь обвивает шею, большим пальцем он поглаживает скулу и смотрит на меня. Если раньше мне было очень хорошо, то сейчас запредельно, если есть такое слово. Внутри всё приятно щекочет, будто трава из-под снега пробивается и цветы распускаются.