Книга Однажды 30 лет спустя, страница 58 – Лия Султан

— Я люблю тебя, мамочка.

— И я тебя люблю, девочка моя, — целую ее в щеку, вытираю слезы с мокрых щек.

Ну что ж, я это сделала. И это была ложь во спасение.

Через пару часов возвращаюсь к себе. Выжата, как лимон и опустошена. Ничего не хочется делать, никого не хочется видеть.

Еле волоча ноги, захожу на кухню и копошусь в аптечке в поисках цитрамона. Голова раскалывается, день был сложным. В надежде, что скоро отпустить, иду в спальню и зашториваю окна, чтобы оказаться в кромешной тьме. Падаюна кровать, закрываю глаза и размеренно дышу, погружаясь в так необходимый мне сон. Ничего не вижу: никаких образов, мест, знакомых людей. Упавшая черную дыру, просто парю в невесомости без мыслей, чувств и сожалений. Пусть меня, наконец, отпустит.

Медленно просыпаюсь от того, что слышу монотонное пищание домофона за закрытой дверью. Кажется, уже ночь и, значит, я проспала прилично. А настойчивое пиликанье все не стихает, поэтому приходится подняться и пойти в прихожую.

Красная кнопка на белом домофоне мигает, будто сигнал “S.O.S.” И снова я никого не жду, и если это опять кто-то ошибся номером квартиры, то я, наверное, разозлюсь. Снимаю трубку и спрашиваю:

— Кто там?

— Игорь, — коротко и громко отзывается.

Он, вероятно, слышит мой тяжелый вздох.

— Заходи, — говорю ему, а сама думаю: “Я ведь тебя ждала”.

Приоткрыв входную дверь, отхожу к тумбе и упираюсь в нее бедрами. Скрестив руки на груди, жду когда поднимется. Это происходит быстро.

Игорь входит тихо и также бесшумно закрывает за собой дверь. Сталкиваемся взглядами и несколько секунд не можем ничего друг другу сказать. Оба уставшие, уже немолодые, без огня в глазах, с тяжелым багажом за плечами и сединою на висках.

Удивительно. Смотрю на него, и сердце ускоряется с каждой секундой, с каждым новым стуком. Забытые ощущения, когда я летела на встречу с ним, потому что очень скучала и очень любила. И меня накрывает осознание того, что я не только его ждала, но и очень скучала; что ни один мужчина в моей жизни не вызывал во мне столько ярких, теплых и нежных эмоций, как Игорь. Я ведь ему правду тогда сказала: ни с кем не была счастлива, никого не сделала счастливым.

— Привет, — прерывает он молчание.

— Здравствуй, — киваю и опускаю руки вниз. — Который час?

— Восемь уже. Извини, что поздно.

— Нет, нормально. Я просто спала.

— Прости, что разбудил.

Он стоит на пороге в пальто и сапогах, припорошенных снегом. Значит, снова осадки.

— Ничего страшного, все равно надо было вставать.

— Как день рождения?

Усмехаюсь на его вопрос. Точно, я ведь ему сказала, куда мы с внучкой едем. Запомнил, значит.

— День рождения прошел хорошо и весело, только голова от шума разболелась.

— И опять я не вовремя, — сокрушается Игорь, на мгновение опускает голову, а потом снова ее поднимает.

— Я выпила таблетку и меня отпустило.

И вновь он ничего не отвечает, я по взгляду вижу, что у него на языке крутятся столько слов, но он почему-то медлит.

— Я расстался с Жанной, — наконец, признается он.

— Я знаю, — мой голос не отражается ни радости, ни злости. Я не могу сейчас выдать своих истинных чувств, поэтому по привычке прячу их. — Она приходила.

— Я это уже знаю. Лиз, не бери в голову все, что она тебе сказала. Жанна запуталась по жизни, она не плохой человек.