Книга Однажды 30 лет спустя, страница 11 – Лия Султан

— И что ты предлагаешь? — бросаю телефон на постель, а она раскрывает полотенце и держит его за края.

Усмехаюсь, стараюсь забыть обо всем, просто приказываю себе это сделать. Предо мной прекрасная, умная женщина, которая мне понравилась с первого дня знакомства. Смотрю в ее глаза и вижу страсть и желание. Спускаюсь ниже, любуюсь гладким, упругим телом, налитой возбуждением грудью. Жанна сидит на мне полностью обнаженная.

— Надеюсь так понятней, что я предлагаю? — она отбрасывает полотенце в сторону и начинает расстегивать мою рубашку. — Я хочу тебя Игорь.

Целует первая, обнимает за шею и я включаюсь в ее игру, фиксирую одну ладонь на затылке, другой веду вниз по спине, к ягодице, которую сжимаю и получаю мгновенную реакцию. Жанна постанывает, прогибается в пояснице, открывая свое тело для ласк.

Я должен забыть эти голубыеозерца Одуванчика. Даю себе слово — узнаю только, чем живет, и навсегда забуду. Снова отпущу.

Лиза

Ночью я долго не могу заснуть от того, что даже в темноте вижу лицо с насупленными бровями и мрачно смотрящими из-под них зелеными глазами. В памяти сохранился совершенно другой его взгляд — светлый и влюбленный, а после встречи и этой совершенно ненужной поездки он растворился.

Засыпаю в слезах, думая о том, как я рада за Игоря, что у него всё сложилось хорошо. Он добился успеха, у него есть любимая женщина и взрослый сын. Я счастлива за него от всего сердца.

Утром, во время завтрака, приходит сообщение от Равшаны о том, что две женщины отменили записи из-за гриппа. Предсказуемо. Значит, у меня есть еще немного времени побыть дома. А может, выйду пораньше и пройдусь на морозе, послушаю с удовольствием, как снег скрипит под ногами. Кухонька у меня маленькая, всего шесть квадратов, стол приставлен к подоконнику. Обнимая пальцами кружку с горячим чаем смотрю в окно и любуюсь зимним пейзажем. Всё вокруг ослепительно белое, волшебное. Как тогда, много лет назад, в день нашего знакомства.

Я переехала в поселок Чилик в трех часах езды от Алматы вместе с матерью. До этого мы жили в военном городке Гвардейский, а мой папа служил в учебной мотострелковой дивизии. В сорок лет у него внезапно оторвался тромб. Наша жизнь после его смерти изменилась. Однажды мама поехала в Алматы присматривать для нас новое место, а меня оставила в семье папиного сослуживца.

Вернулась она какая-то другая, в хорошем настроении и с блеском в глазах. Оказалось, познакомилась с мужчиной, влюбилась в него, а он быстро предложил ей переехать к нему. Я тогда подумала: “Как так? У меня только папа умер, а она уже влюбилась”. Очень злилась на нее, пыталась поговорить, но она лишь отмахивалась — мол, маленькая еще, не поймёшь. И я правда ее не понимала, а еще стала замечать косые взгляды в ее сторону.

В военгородке маму все осуждали, потому что очень уважали моего отца. Но ей было всё равно. Как она потом сказала в пылу нашей ссоры: “Мне просто осточертело жить в бедности из-за обостренного чувства долга и справедливости у твоего папаши”. Как же я обиделась на нее тогда за эти слова! Папа был моим идеалом, настоящим мужчиной, офицером, прекрасным отцом. Он очень любил меня и называл принцессой.

Новый мамин муж — дядя Петя — оказался большим, крепким мужиком,державшим ларьки в поселке Чилик. Туда-то мы и переехали. Я знаю, что он просто терпел меня, а вот моя мама заглядывала ему в рот. Шёл 1993 год, мама забеременела, а я пошла в новую школу. Помню, как было тяжело привыкнуть к климату, потому что в селе были просто невероятные ветра. Весной, летом и осенью они поднимали всю пыль, которая попадала в глаза и рот, оседала в волосах.