Книга С тобой, страница 134 – Тори Майрон

В груди по обычаю всё начинает трещать и раскалываться, стоит подумать о сыне Кортни. Но у меня уже было время свыкнуться с этими ощущениями и понять, что они не помешают мне познакомиться с Джереми и попытаться полюбить его как родного.

– Да, – уверенно отвечаю я, однако чувствую, что этого мало, поэтому решаю своейоткровенностью убедить Еву, что ей следует двигаться дальше: – Мы с Кортни слишком много всего пережили, и ничто не смогло изменить моих чувств к ней. Без неё я не могу. Уже попробовал. Не получилось. После развода я не живу, а существую. Да ещё и другим людям больно делаю. А я не хочу продолжать быть мудаком, который и сам несчастен, и тебя вынуждает мириться с тем, с чем нельзя мириться, пусть ты и считаешь иначе. И я верю, Ева, что ты обязательно встретишь мужчину, который будет любить тебя так, как ты заслуживаешь. Без измен. Без лжи. Без постоянных мыслей о другой женщине и попыток найти ей замену. Ты найдёшь того, для кого ты будешь всем. И я очень прошу тебя, не смей соглашаться на меньшее. Не смей ставить в пример брак своих родителей. Я желаю тебе счастья. Настоящего. Безграничного. И ещё раз прошу у тебя прощения за то, что сам не смог тебе его обеспечить. И, к сожалению, никогда не буду в силах это сделать, – с горечью заканчиваю я, наблюдая, как прежде горящая в глазах Евы надежда за считаные секунды гаснет окончательно.

Глава 30

Пол

Ева больше не проронила ни слова.

Ни пока я пытался остановить её слёзы, ни пока она собирала чемодан, игнорируя мои слова о том, что нет нужды уезжать из квартиры. По крайней мере, сегодня. Я планировал сам уехать пожить в отель, но Ева осталась непреклонной.

Будто погрузившись в свои мысли, она за пару часов собрала свои вещи и вызвала такси, наотрез отказываясь от моих предложений самому отвезти её в родительский дом.

Она больше не хотела меня видеть. Не хотела находиться рядом. Я это чувствовал и прекрасно её понимал. Мне и самому тошно от самого себя. Да только от себя не убежать и не спрятаться. Мне нужно будет научиться справляться со всеми последствиями своих поступков и недостойного поведения.

Я помог Еве донести чемоданы до такси и погрузить их в багажник, а после… Ничего. Я тоже ей больше не сказал ни слова. Это бессмысленно. Всё, что нужно, я ей уже сказал. Не думаю, что ей хотелось в десятый раз услышать, насколько мне жаль.

Я проследил, как такси скрывается за поворотом, и вернулся домой. Хотя даже спустя несколько лет жизни в этой квартире ни капли не воспринимаю её как дом. Ведь не чистота, уют и красивая девушка делают стены родными и любимыми, а сильные эмоции и чувства, которые ты испытываешь, проживая в том или ином месте. А здесь их не было. Лишь их жалкое подобие, не способное привязать человека к месту. А сейчас вдобавок эти комнаты ещё и пропитаны обильным слоем сожалений, сдавливающих мне всю грудную клетку, и запахом пирога, который Ева с любовью пекла для меня.

Уверен, я ещё очень долго буду корить себя за то, что не распрощался с этой девчонкой раньше. Но буду это делать только после того, как встречусь с Кортни и поговорю с ней.

Не знаю, о чём они беседовали с Евой, но и к гадалке ходить не надо, чтобы понять – теперь Кортни стопроцентно знает, что, пока я трахался с ней, параллельно состоял в отношениях с другой девушкой. И пусть на тот момент я не был обязан хранить ей верность, уверен, моя испанка пришла в бешенство, когда её предположения о другой женщине в моей жизни подтвердились.