Онлайн книга «Четыре жены моего мужа. Выжить в гареме»
|
В свое время таковым было решение этого застарелого, болезненного конфликта- управление землей извне, создание конфедерации племен и залог этого хрупкого мира- наследник главной династии Аль-Мазири… Это старинный обряд, уходящий своими корнями в далекое прошлое средневековых распрей. Аманат. Гарантия мира за счет того, что продолжатель рода переезжал в дом к тому, кто победил… Таковым было решение племен- отдать Аль-Мазири на воспитание в Россию в то время, как она будет гарантировать мир между племенами для остальных. Это устраивало те племена, кто не принимал власть правящей семьи. Так маленький Хамдан попал в наш дом… До пяти лет он жил с отцом в Сабе. Потом отца отправили на родину и приказали забрать мальчика. Дома папа женился на маме, родилась я. Хамдан все эти годы жил с нами. Он получал достойное образование, отец ни в чем ему не отказывал и никогда не проявлял свое неуважение, он не запрещал ему изучать свою историю и корни, но… связей с родиной у него никогда не было. Их и не могло быть. Такие «залоги»- это история на всю жизнь. История знает слишком много таких горьких примеров. Арабские халифаты, Османская империя, европейские державы, кавказские князьяпри царском российском престоле после кавказских войн… И Хамдан. Принц без страны. Будущий султан без трона… Когда я выросла, его горячий взгляд слишком часто на мне задерживался. Слишком ярки были чувства эффектного, ослепительной красоты юноши, на которого сворачивали головы все девушки. Бдительный, проницательный отец тоже это сразу заметил. Он вызвал меня к себе в кабинет и сказал об этом только раз. — Не насовершай глупостей, Виталина. Эти чувства невозможны. Эта любовь без будущего. — Но если… Если Хамдан вернет власть… — робко спросила я, тогда еще вообще ничего не понимая в политических хитросплетениях… Отец лишь усмехнулся. — Этого никогда не произойдет, Вита. Хамдан обречен на изгнание. С ним у тебя нет будущего. Не ломай себе жизнь. И ему не ломай. Страсть мужчины- как огонь в очаге. Именно женщина ее и поддерживает… Но разве я могла противостоять этому взгляду? Разве когда Хамдан в первый раз схватил меня за домом в слепой зоне, где не было камер, и прижал к своему шикарному телу, я могла сказать нет? И все же он сдерживал свою страсть… — Я не оскорблю тебя осквернением, любимая… — шептал он, когда я сама, потеряв себя в желании и экстазе, сама не понимала, как много я у него прошу, как смелы мои просьбы… — ты станешь моей женщиной в полном смысле этого слова только тогда, когда станешь моей королевой… Королева… Я уже знаю, что теперь их у него не одна, а три… Король Хамдан женат… Не на одной. И я тоже замужем… Была… Как три дня после свадьбы. У меня только начался медовый месяц, когда все это случилось… — Как дела, Фиалка? — возвращаюсь в реальность от его голоса… — Что происходит? — спрашиваю сипло, теряя половину букв в своей панике, — Хамдан, что происходит? Стоит мне произнести его имя, вскрикиваю, потому что по ногам снова прилетает. Это бастинадо или фаллука. Одна из самых эффективных и изощренных форм наказания и дисциплины в восточных гаремах. Ступни и икры чрезвычайно чувствительны, но синяки и ушибы на них не так заметны для глаз того, кого ты призвана услаждать своим видом… — Не смей называть великого правителя по имени, рабыня! — слышу я грозное гарканье на арабском. |