Книга Заберу тебя, девочка, страница 76 – Анастасия Градцева

У меня перехватывает горло.

Киллер. Господи, какой кошмар. Теперь я понимаю, о чем говорил Пашка. Но при этом меньше всего я сейчас думаю о том, что отец Лекса был преступником. В голове только одна мысль: какое счастье, что он сам не оказался с родителями в той машине.

— А ты? Где был ты в это время?!

— В школе, — Лекс дергает плечом. — Да неважно, девочка, я тебе не для того, чтобы ты разжалобилась, говорю это. А просто к тому, что по-всякому бывает. И лучше перебдеть, чем недобдеть. Поняла?

— Да, — я киваю и еще крепче обнимаю его. — А с кем ты остался, когда…? В общем, потом.

— Ни с кем. В детдом отправился.

Я зажмуриваюсь, чтобы не дай бог не расплакаться. Как же мне его сейчас жалко! До безумия! Но показывать это нельзя. Иначе Лекс будет злиться.

— Получается, у тебя нет никаких родственников? — спрашиваю я, стараясь, чтобы голос не дрожал.

— Сводный брат, — неохотно отвечает Лекс. — Но это считай что нет.

— А поче…

Он поворачивается и целует меня глубоко и напористо, затыкая мне рот своим языком.Очень явный сигнал, что беседа окончена, во всяком случае на эту тему. Но я и так услышала больше, чем ожидала.

Лекс уводит меня в дом, и мы смотрим еще один фильм про какие-то гонки, на середине которого я засыпаю на коленях у Лекса, а потом смутно, сквозь сон, ощущаю, как меня куда-то несут.

— Я не хочу спать! — зачем-то протестую я, не открывая глаз.

В ответ раздается знакомый хриплый смешок, и моего лба касаются горячие жесткие губы.

— Спи, девочка. Спи, моя хорошая.

И я, ощутив под щекой мягкость подушки, расслабленно вздыхаю и вырубаюсь окончательно. До самого утра.

Просыпаюсь от бьющего в окна солнца — шторы мы забыли вчера закрыть.

— Доброе утро, — шепчу я, чувствуя, как в ягодицы мне вжимается чья-то утренняя эрекция. — Ты уже проснулся, да?

— Не весь, — Лекс за спиной широко зевает, а потом целует мое голое плечо. — Надо кофе и покурить, тогда совсем проснусь. И вернусь к тебе.

— То есть мне надо ждать тебя в кровати, пока ты выпьешь кофе и покуришь?

— Точно, — он целует меня в шею. — Какая ты у меня умная девочка, Ярослава.

Утренний секс со вкусом зубной пасты, завтрак на крыльце с видом на золотые клены, уютное молчание на двоих и неторопливые, почти ленивые поцелуи — все это словно мечта, словно сказка, которая, к сожалению, рано или поздно должна закончиться.

Я едва не плачу, когда Лекс закрывает за нами ворота и садится в машину.

— Ты чего? — хмурится он, замечая он мои покрасневшие глаза.

— Уже скучаю по этому месту, — я шмыгаю носом. — Спасибо тебе, что ты все это придумал!

— Ну тогда ладно, — криво усмехается он. — А то я уже решил…

— Что?

— Да ладно, херня.

— Нет, скажи!

— Да решил, что это тебя с моего вчерашнего пиздежа так раскатало, — с нарочитой небрежностью говорит Лекс, но я вижу, как сжимаются его пальцы на руле.

— Нет, но… — я колеблюсь. — Можно я задам тебе один вопрос?

— Ну.

— Ты убивал когда-нибудь? — дрогнувшим голосом спрашиваю я.

— Нет, — резко отвечает он. А потом тихо добавляет: — Надеюсь, блядь, что и не придется.

— Хорошо, — я делаю долгий выдох, от облегчения кружится голова. — Хорошо.

Мне плевать на то, кем был его отец. Лекс — не он. И никогда таким не станет.

— Мы скоро увидимся? — спрашиваю я, когда мы подъезжаем к углу моего дома.

— Не знаю,Ярослава, — Лекс хмурится. — Я дам тебе знать. Скорее всего опять Грин тебя заберет. Или… не знаю пока.