Книга Заберу тебя, девочка, страница 34 – Анастасия Градцева

— Я говорила, — мой голос еле слышно шелестит. — Говорила, что опыта нет. Я думала, ты понял.

— Как я мог понять? — взрывается раздражением Лекс. — Ты же, блядь, с рыжим типа. Ну понятно, что ничему он тебя не научил толком, но распечатать-то должен был. Как можно такую девочку не тронуть? У него глаз нет или хер не стоит?

— Да мы и не встречались с ним практически, — зачем-то признаюсь я. — Так, больше дружили.

— Тогда с какого хера ты вписалась за него, Ярослава? — резко спрашивает он.

На это у меня нет ответа.

Пожалела? Поверила? Не подумала о последствиях?

Все вместе, наверное.

— Блядство, — Лекс бьет кулаком по створке шкафа. Потом делает длинный выдох, явно пытаясь успокоиться. — Так. Я курить. До душа сама доберёшься или тебя отнести?

— Сама, — поспешно говорю я.

Он коротко кивает и уходит, а я осторожно встаю, прислушиваясь к себе. На самом деле ничего страшного вроде нет. Слегка саднит внутри, но это скорее неприятно, чем больно.

Я бездумно стою под душем, потеряв ощущение времени, и только когда подушечки пальцев собираются морщинками, выхожу, вытираюсь и укутываюсь в большое полотенце. Моя одежда так и лежит мокрым комком в углу ванной, и надеть ее, наверное, уже не получится. Проще сразу выкинуть.

В спальне пусто, и я иду дальше по квартире, пока не набредаю на кухню, где включен свет и где в одних штанах стоит у приоткрытого окна Лекс, вертя в пальцах незажженную сигарету.

Он бросает на меня холодный взгляд из-под сдвинутых бровей и тут же закрывает окно.

— Есть чай. Из пакетиков. Будешь?

— Буду, — тихо соглашаюсь я.

Лекс молча наливает чай в большую тяжелую кружку и ставит его передо мной.

— Голодная?

— Наверное.

Через пару минут на столе оказываются два гигантских бутерброда с криво нарезанной колбасой и толстыми кусками сыра. Я беру один из них и начинаю жевать. Желудокотзывается спазмом: кажется, я и правда голодная.

Лекс сует руки в карманы и снова отворачивается к окну.

— Ты злишься? — зачем-то спрашиваю я.

— Да.

— На меня?

— Нет.

Он еще какое-то время молчит, глядя в темноту за стеклом.

— А что бы изменилось, если бы ты знал? — опять спрашиваю я. Я странным образом чувствую себя сейчас вправе задавать Лексу вопросы. Даже неудобные. — Не стал бы?

— Стал, — отзывается он. А потом оборачивается на меня и чуть растерянно усмехается. — Но по-другому, наверное… Хер знает. У меня не было целок ни разу. Я всегда старался с ними не связываться.

— Я думала, ты понял, — снова неловко оправдываюсь я.

— Нихуя я не понял, Ярослава. Слушай… что-то надо сейчас сделать? Для тебя? Ну я просто не в курсе. Врача же не надо, да?

— Врача не надо, — мотаю головой я и отпиваю уже не такой горячий чай. Я осилила половину одного бутерброда, и теперь в теле разливается приятное чувство сытости.

— Но, может, в аптеке что-то купить?

Лекс смотрит на меня пытливо, мрачно, и это так противоречит тому, как он обнимал и целовал меня в постели, что я вдруг чувствую себя использованной. Грязной.

Мне не нравится это чувство.

— Не надо в аптеку.

— А что надо?

В груди болезненно сдавливает.

— Лекс, — тихонько зову его, опустив в пол глаза. — Ты можешь просто меня обнять? Пожалуйста.

Он оказывается рядом со мной буквально за секунду, поднимает меня — прямо так, в полотенце — и обнимает, крепко прижимая к своей теплой голой груди.