Книга Мой верный, страница 33 – Эмилия Грин

— А как ты думаешь? — я бросил на бывшую испытующий взгляд.

С подбитой скулой и красными слезящимися глазами я вряд ли выглядел как гребаный счастливчик.

— Этот бокал явно был лишним. Но раз уж мы встретились, можно, я спрошу?

— Спрашивай.

— После того, как ты ушел, я звонила тебе несколько раз… Почему ты не отвечал?

— Не видел в этом смысла. Я все для себя решил.

Катерина отвела взгляд и крепко сжала губы. Некоторое время она так и сидела, словно каменное изваяние, а потом еле слышно начала говорить:

— Я жалею, что вышла за него замуж. Узнала о твоих похождениях по борделям… «Добрые» люди донесли. — Катя вдруг выразительно на меня посмотрела. — Ты просто собрал сумку и ушел, а я… Мне было очень тяжело. Еще и татуировка эта постоянноперед глазами. Наши инициалы. Одна любовь.

Она вздохнула.

— В тот вечер я ее перебила, а потом позвонила Косте. Надеялась, он меня пошлет, но он, как ни странно, великодушно принял меня обратно. Я ничего к нему не испытывала, однако Константин хотя бы возвращал мне какое-то иллюзорное чувство спокойствия.

Катерина улыбнулась дрожащими губами.

— Свидания? Секс? Мне было все равно. Он проводил время с моей оболочкой. Снова сделал мне предложение, и мама уговорила меня согласиться. Она ведь тебя терпеть не могла. Ну а Костя, «милый добрый Костя», как выяснилось позднее, взял меня в жены лишь для того, чтобы каждый божий день попрекать нашим с тобой неудачным союзом.

Я залпом осушил свой бокал и, покручивая его между пальцами, пристально разглядывал раскрасневшуюся Катю.

— Но вернемся к моей свадьбе. Сперва я подумала, что тебя это заденет. Я все ждала, что ты не позволишь мне совершить подобную глупость. Приедешь за мной, заберешь… Как тогда, когда все только началось. Застыв напротив Костика в ЗАГСе, я вдруг отчетливо поняла, что все это взаправду, и убежала.

Я не перебивал, позволяя бывшей девушке собраться с мыслями. Спустя некоторое время она негромко продолжила.

— Сестры помогли мне прийти в себя, а мама уберегла от «роковой ошибки» накачав успокоительным. Я весь банкет глушила его, запивая шампанским. Я даже не помню нашу брачную ночь.

Она смотрела на меня блестящими от подступающих слез глазами.

— Я не хотела рожать от Кости. Мы предохранялись. Но вышло как во второсортных сериалах… Бах — и две полоски. Я полчаса прорыдала над тестом в ванной, — Катя закусила дрожащую губу.

— Ты ведь мечтала об этом, — бесцветным голосом напомнил я.

— Ты знаешь, о чем я мечтала. — Последовала загробная тишина. — Я очень люблю Владика. Он — мой смысл просыпаться по утрам. Но он должен был родиться от тебя, Артем… — закончила она надломленным шепотом.

Я не нашел, что на это ответить. Что говорить, если говорить нечего? Сердце качало кровь с большим трудом. Казалось, голова вот-вот лопнет от передоза информации.

— Я гораздо позже осознала, что сама все испортила… — Трагический смешок. — Клевала тебя, потому что мать постоянно меня накручивала. Пачки тестов. Замеры базальной температуры. В определенных позах. Мы же недолго пытались. Тригода — совсем ведь небольшой срок. А твой диагноз… Да ты и не обследовался толком, Артем, — на ее лице отразилось отчаяние.

Я взволнованно обдумывал услышанное, хотя внешне старался выглядеть бесстрастным. Катя смотрела на меня во все глаза, прямо как в тот день, когда, вернувшись с работы, встретила меня с сумкой в дверях нашей квартиры.