Книга Мой верный, страница 107 – Эмилия Грин

Бедра свела судорога, а горло парализовало от подступающего стона наслаждения. Сжимая бедра, я хрипела и извивалась, глядя на него сквозь приоткрытые веки.

— Моя Сахарная… — удерживая руку у меня между ног, Апостолов будто контролировал частоту, продолжительность и силу накрывшего меня экстаза. — Все хорошо, Саша, — внезапно поцеловал меня в уголок губ.

Я всхлипнула, неосознанно царапая его пальцы.

— У нас все будет хорошо. Даже не сомневайся, — он обволакивал меня своим уверенным хриплым голосом.

Нервно кивнув, сдерживая подступающие слезы, я наконец обмякла в руках Артема и прижалась к нему еще крепче.

— Я боюсь, — пробормотала, почти не размыкая губ.

— Я тоже, — еле слышно признался он. — Впервые в жизни так сильно боюсь кого-то потерять.

— И что дальше? — сглотнула, бедром ощущая его каменную эрекцию.

— Хочешь мне помочь? — хмыкнув, Артем коснулся моего виска губами.

— Ну… — я поколебалась.

— У нас будет много секса, родная. Но в этот раз мы не станем торопиться, — пропуская мои взмокшие пряди между пальцами, Артем уложил мою голову себе на грудь. — Все, Саша, спать.

Но уснуть не получилось. По крайней мере, у меня. Уж слишком сильно будоражила близость Артема. Я так от нее отвыкла, отвыкла от тех ощущений, которые она во мне вызывала,и из-за этого никак не получалось с собой совладать.

Парадоксально, но как бы я ни чуралась Апостолова, только полностью подчинившись его рукам, я впервые за долгие дни нашла долгожданное успокоение. Мне стало легче. Гораздо.

— Артем, — прошептала я, наконец осмелившись нарушить нашу уютную тишину.

— Я тебя слушаю, — откликнулся он мягким, но таким чувственным голосом, что кровь зашумела в ушах.

— Нам столько всего нужно обсудить. Тебе не кажется? — пробормотала я, выпутываясь из его объятий и подтягивая одеяло выше к груди.

— Тогда куда ты собралась? — удержав за талию, Артем вновь вернул меня на место и уложил мою голову обратно себе на грудь. Его тяжелая ладонь запуталась в моих растрепанных волосах, неторопливо массируя кожу головы.

Тяжелое дыхание Артема в сочетании с легкими скольжениями руки по моей шее заставили низ живота стянуться влажным узлом. То, как мое тело до сих пор на него реагировало, несколько пугало.

— Погоди, мне надо… одеться.

— Зачем? В комнате темно. Я могу держать тебя в руках и себя при этом тоже. Как диабетик с коробкой конфет в руках — прокачиваю свою силу воли.

Артем мог держать себя в руках, чего не скажешь обо мне, время от времени ощущающей бедром его возбуждение. Это отвлекало. Кому-то явно требовалась разрядка.

— Важные разговоры так не ведутся, Артем, — пробормотала я себе под нос.

— И как же они ведутся, Сашенька? Просвети меня? М? — у меня перехватило дыхание от его обволакивающего хриплого смеха, такого теплого и беззлобного, что я с трудом сдержала улыбку.

Каждое его слово, прикосновение, жест — миллиметр за миллиметром сдирали с меня закостенелый защитный панцирь, наглухо укрывающий душу.

Почему ему так легко это удавалось?

Поднявшись с кровати, я поспешила к шкафу. В полумраке схватила первую попавшуюся футболку и натянула ее на себя. Затем под неодобрительный вздох Артема я надела трусики и только после этого вернулась к нему под одеяло.

— Я тебя слушаю, Саша, — он придвинул меня ближе к себе, очевидно, ожидая какого-то обдуманного целостного монолога, в то время как у меня в голове варилась привычная каша из самых разных эмоций.