Книга Притворись моей, страница 75 – Эмилия Грин

К записке была приложена наша совместная фотография с отдыха в «Дубках», где я, сидя у Паши на плечах в одном крошечном бикини, сражалась аки дикая тигрица.

Мы ведь оба знаем, какой ты можешь быть…

Паша

Покусывая губы, я напряженно разглядывала бесчисленные комплекты шикарного нижнего белья: бюстгальтеры, трусики, бюстье, чулки, подвязки…

Внезапно на телефон пришло сообщение.

— Я сам тщательно выбирал каждый комплект. Надеюсь, угадал с размерами?

Сама не знаю, сколько так просидела, перебирая все это добро, стараясь унять гулко колотящееся сердце из-за нахлынувших воспоминаний.

У меня довольно рано выросла грудь, и я хорошо помнила свое первое белье. Выбирали с бабушкой на рынке.

Это был величайший позор — как откровенно они с продавщицей посмеивались, громко обсуждая дешевые поролоновые комплекты, называя мою уже довольно приличную грудь «титюшками» и заставляя мерить лифчики при всех прямо на футболку.

Этот комплект нижнего белья я долгое время носила и в пир, и в мир. Как-то попросила купить мне еще парочку, спортивный для физкультуры и какой-нибудь красивый, кружевной…

На что получила резкий отказ.

Бабушка сказала, что в ее молодости нижнее белье вообще нельзя было купить, а кружево для девиц легкого поведения, так я и проносила свой простенький застиранный бюстгальтер до конца одиннадцатого класса.

Уже во время жизни в Москве, устроившись на подработку, я купила себе несколько комплектов недорого нижнего белья. Максимально простого и практичного, так и не решившись примерить что-то поинтереснее.

Зато теперь вся моя кровать была завалена шикарными кружевными комплектами, и было бы глупо хотя бы не покрасоваться наедине с собой.

Я скинула безразмерную футболку, потянувшись к развратным прозрачным треугольничкам ярко красного цвета.

Секунда. Две. Три. Гулко выдохнув, я слегка ослабила бретели, поспешив к зеркалу платяного шкафа, и… о-о-х… Я не смогла сдержать тихий гортанный возглас.

Это была я и не я одновременно.

Яркая… Сексуальная?

Такая… другая.

Задержав взгляд на своей груди, я отметила, что бюстгальтер сел идеально, красиво ее приподняв, а вот соски, просвечивающие сквозь невесомую вуаль, так призывно торчали, хотя в комнате было тепло.

Тогда почему они…

Закусив губу, я представила большие горячие ладони Паши, то, как он ласкал ими мою грудь в примерочной, тяжело дыша мне в шею. В голове появились неуместные странные желания.

Они в курсе, что у нас фикция… Вдруг вспомнилась фраза, брошенная Левицким несколько дней назад. Фикция.

Уже снимая бюстгальтер, я несильно сжала болезненно налитую грудь, прикрывая глаза. Это прикосновение отозвалось во всем моем теле, будто по натянутой струне провели смычком.

— А-х… — я сжаласебя, представляя совершенно другие руки, внезапно вздрогнув от тихой вибрации телефона, погребенного под грудой нижнего белья.

— Что-нибудь понравилось? 😉

— Паш, не надо больше подарков. Ладно?— настучала я дрожащими пальцами.

— Я сам решу, надо или нет. Надеюсь, ты в курсе, что белье не подлежит обмену и возврату…

Поморщилась, все еще ощущая странное онемение во всем теле. Убрав белье в шкаф, я от греха подальше легла спать.

*Две недели спустя*

— Я же тебе говорила, мы организуем все в максимально короткие сроки, а ты не верила!

— Верила, конечно, но подготовить свадьбу на сто человек практически за месяц — это ведь что-то из области фантастики?