Книга Притворись моей, страница 71 – Эмилия Грин

Слишком стильная. Слишком шикарная. Этакая незнакомая дорогая женщина, лишенная всякой индивидуальности. Я видела на Патриках сотни таких… Увы, в ней не осталось ничего от меня — простой девчонки Маши Мышкиной.

Я и один из новых костюмов примерила, чего уж там… И вновь меня накрыло этим липким ощущением чужеродности. Представила, чтобы сказала Алла Степановна, обшивающая меня со средней школы. Ну, не чувствовала я себя в этих вещах собой!

А еще было больно осознавать, что онтак отчаялся лицезреть мою «серость», в агонии скупив полмагазина дорогущего шмотья…

* * *

— Доброе утро, Маш! — вдруг услышала я с противоположного конца приемной ранним утром понедельника.

Повернув голову, я посмотрела на своего работодателя снизу вверх, ощутив необъяснимую тревогу.

Паша, как всегда, выглядел обезоруживающе, облачившись в серый костюм, будто скроенный специально для его Величества Павла Левицкого. На его бледно-розовой рубашке была расстёгнута верхняя пуговица, а туфли, казалось, начищены до зеркального блеска.

Окинув меня беглым взглядом, мужчина сделал глубокий вдох, и… промолчал.

Я непроизвольно разгладила воротничок моей любимой блузки дизайна Аллы Степановны.

Бабушка говорила, она очень выигрышно оттеняет мои глаза, поэтому, после долгих раздумий, сегодня выбор пал на нее и на синюю вельветовую юбку.

— Привет, — в горле моментально пересохло. — Как выходные? — невпопад спросила я, чтобы немного разрядить обстановку.

— Да… ничего, — лениво улыбнулся босс, и я задумалась о чем-то неприличном.

Хотя, это не мое дело… Совершенноне мое.

— А как твои, Маш? — Паша вопросительно склонил голову на бок, смерив меня долгим странным взглядом.

Его ноздри слегка раздувались, а крупные ладони были до побелевших костяшек сжаты в кулаки.

Неужели моего фиктивного жениха так задело, что я не только никак не отреагировала на его подарки, но и вновь пришла в вещах из своего старенького гардероба?

Разумеется, я собиралась с глазу на глаз обсудить с ним эту щекотливую тему, и попросить Левицкого найти способ вернуть обновки в магазин, догадываясь об их баснословной стоимости.

— Паш, насчет твоих подарков… — я вновь почему-то уставилась на его руки.

Левая была так крепко сжата, что на ней проступили все венки, а правой мужчина медленно скользил по своей обтянутой тонким шелком рубашки груди, слегка потянув за последнюю пуговицу, будто ему не хватает воздуха.

Мне впервые бросилось в глаза, какие крупные у Левицкого ладони с длинными тонкими пальцами, такими по-мужски красивыми…

Я уже собиралась объяснить ему, почему не могу принять эти вещи, однако в этот момент кое-что произошло…

Дверь в приемную распахнулась, и на пороге появился парень в униформе популярной сети цветочных магазинов.

— Доброе утро, у меня доставка на имя Марии Мышкиной! Сказали, искать вас здесь! — сжимая в руках большой букет розовых гвоздик, бесхитростно обратился ко мне курьер.

Растерявшись, я перевела взгляд на Пашу, пытаясь по его лицу распознать, имеет он отношение к этому букету или нет?

Поджав губы, Левицкий лишь буркнул что-то себе под нос, поспешив в свой кабинет.

Понятно.

Тогда чьих это рук дело?

Расписавшись, я начала пытать курьера на наличие записки или открытки, однако отправитель пожелал остаться инкогнито.

Мне на ум приходило только одно имя…